Онлайн книга «Непокорные»
|
— Давай, – сказала Бекка. – Ты бросила все силы, чтобы убить меня. Я здесь. Корпус «Непокорного» сотрясался: корабль вел заградительный огонь по запрограммированной схеме, залп за залпом, и отступал, но слишком медленно. Из четырех двигателей работал только один, из еще одного летели искры. Бекка сама приказала произвести там взрыв. Классический обманный маневр – притвориться, что оборудование выходит из строя из-за слишком высокой нагрузки. Да, «Непокорный» – символ. И как символ он кое-что олицетворяет. Идею, которая не умрет, сколько бы кораблей ни было потеряно. Вражеская военачальница не понимала этого, судя по тому, какие силы она бросила на один-единственный корабль. Бекка словно своими глазами смотрела на то, что надеялась увидеть ее далекая противница: истребители разбегаются от флагмана, транспорты спасаются бегством. «Непокорный» – такая заманчивая добыча – берется в кольцо. — Ну давай! – сказала Бекка, разворачивая корабль, будто собиралась ретироваться. – Ты уже поверила, что победила меня. Теперь приди и добей. Я жду. 44 Брейд «Пусть это будет не зря». Последние слова, которые сказал ей отец. «Пусть это будет не зря». Вот что он сказал, когда от него оттащили обезумевшего ребенка. Через три года родителей казнили. Ей не полагалось знать об этом, но она нашла официальный отчет, гласивший, что их «изъяли». Видимо, они выбрались на свободу и напугали кого-то важного, и этот важный отозвал разрешение держать их под стражей. Она до сих пор не была уверена, что за этим стоял Винзик. Отсутствие родителей означало, что никто не влиял на ее жизненный выбор. И это становилось все более важным, после того как она осознала свое цитоническое могущество. Винзик не был жестоким – для варвакса. Пожалуй, она даже будет чуточку скучать по нему. Жаль, что он так и не понял: это не она вписалась в его планы, а наоборот. Нынешний день – венец ее трудов. Она потянулась в «нигде» и добралась до делверов. «Пусть это будет не зря». Да. Все это будет не зря. Люди столетиями пытались завоевать Галактику, и теперь это наконец-то произойдет. Делверы прятались – они постоянно прятались последнее время. Прежде, когда она приходила в «нигде», там появлялись их глаза – горящие, белые, жуткие. Теперь Брейд казалось, будто она здесь одна, хотя и различала их вокруг. Тусклых, как угли в остывающем кострище. «Пришло время выполнять обещания, – заявила она. – Присоединитесь к нам, примите участие в этой битве». Она обещала призвать их только в крайнем случае. Но теперь нужна сенсация, нужно запугать подчиненных, чтобы никто не додумался поступить с ней так, как она поступила с Винзиком. «Если мы придем, ты уничтожишь мерзость?» – спросили делверы. По своему обыкновению, они мыслили и отвечали как один. Миллион голосов, говорящих одновременно. «Я не позволю ей вас мучить, – сказала Брейд. – Это все, что я обещаю сейчас. Если вы сможете отличить мои силы от вражеских, если бой закончится в мою пользу, тогда посмотрим. Я хочу, чтобы в моей реальности оказался десяток делверов, готовых сражаться». Десять – это, пожалуй, перебор. Но ей нужен символ, нужен день, который запомнят. Она выложит кадры этой битвы, покажет, как опасны мятежники, а кроме того, опосредованно продемонстрирует свою силу. Сегодня наконец станет фактом, что ее родители пожертвовали собой не зря. Сегодня она… |