Книга Непокорные, страница 177 – Брендон Сандерсон

«Не отдам, – сказала я. – Это вас не остановит. Я видела, как вы заключаете сделки, и слышала, как вы признавались в желании немедленно нарушить свое слово. Даже если я сдамся вам, вы не избавитесь от боли. Даже если я исчезну, вы наброситесь на „где-то“. Вы знаете, что это правда».

«Это вы виноваты, – подумали они. – Вы приносите шум. Вы приносите боль. Оставьте нас в покое, и мы оставим в покое вас».

«Невозможно. Это место не принадлежит вам лишь потому, что вы заявили на него свои права. Это часть тейниксов, часть меня, часть нашей сути. Мы не можем не приходить сюда, потому что не каждый из нас контролирует свои способности. А даже если бы могли, мы не способны покинуть „нигде“, как не способны перестать дышать. Мы приходим случайно, во сне, в минуты паники, во время исследований».

«Тогда мы уничтожим тебя».

Я сформировала меч из ничего и подняла его. Такие вещи просто… ну, происходили здесь.

— Что ж, решено. М-Бот?

«Туда», – произнес он и показал.

Это не объяснить словами. Он отправил мне информацию – так же, как другие отправляли координаты, чтобы я могла совершить гиперпрыжок. Он показал путь. Вы можете назвать это кодом или программой, но я предпочитаю формулировку «тактическая карта боя с целью уничтожения делверов посредством боли в их душах».

Чет внутри меня вибрировал от ужаса, решимости, боли. «Это сработает, – подумал он. – Это ужасное оружие, которым можешь владеть только ты».

Я была существом из обоих измерений. И поэтому могла черпать способность меняться из «где-то», управляя сутью этой вечности внутри «нигде». Это имело смысл. Боль, которую ненавидели делверы, представляла собой «где-то» – время, изменение, – просачивающееся в их мир. Чем сильнее был цитоник, тем больше просачивалось боли.

В таком сплавленном виде я была самым могущественным из всех цитоников, которых они знали. Я сосредоточила способности в созданном мной клинке, потом изо всех сил ткнула им – и он прорвал дыру в «где-то».

Время вошло в это место внутри безвременья. Его волна, хлынувшая прочь от меня, словно сфера зеленого света, омыла делверов, срывая корку, которую они наложили на свою душу, чтобы скрыть боль. Будучи несовершенной, корка снялась легко – так же легко, как ветром от пролетающего корабля сдувается пыль с земли, обнажая коренную породу.

Именно этого они и боялись. Силы, которую я обрела, сплавившись с Четом, путешествуя в «нигде», узнавая об их прошлом. Я знала, что в глубине души они очень слабы. Они бежали сюда, потому что были слишком уязвимы. Скад, они всегда это знали. В противном случае могли бы, заклеив свою боль, остаться в «где-то».

Они пришли сюда. Потому что понимали: их решение – временное, даже кратковременное, если не найти место, где абсолютно все существует вечно.

И теперь это решение рухнуло под натиском перемен.

Делверы выли от боли. Их раны вскрылись. Эти существа вибрировали, тянулись друг к другу, разыскивая того, кто не был ранен, чтобы скопировать его и снять боль. Но бежать они не могли. Все, что мне нужно было сделать, – вернуться в «где-то», оставив их агонизировать.

Но разве этого было бы достаточно?

«Где-то» время от времени просачивалось сюда. Возможно, делверы сумеют вырваться на свободу и снова создать корку. Или хуже того – полностью удалить эти воспоминания. Наконец-то избавиться от слабости. Больше не чувствовать боли.