Книга Цитоник, страница 122 – Брендон Сандерсон

Читала я медленно, потому что приходилось использовать оптику значка-переводчика для перевода текста на английский. Но в то же время это было увлекательно. На моей планете не было не только физических носителей информации наподобие этого – сама информация с нашего старого корабля сохранилась лишь обрывками. Самая большая часть, уцелевшая до моего времени, касалась растений и животных Старой Земли, и в школе ее подробно разбирали.

Но я никогда не слыхала о «дрянных любовных романах», как назвал эту книгу Максим. Она была написана с точки зрения одного из камбрийских видов животных, имеющих множество щупалец и всего такого. Их ритуалы ухаживания были на удивление похожи на человеческие, только более забавные. Или, возможно, такова была особенность жанра.

Меня не интересовал сюжет – куда сильнее меня заинтриговал характер книги. Она была такой… легкомысленной. Главная героиня проводила время за романом с тремя парнями, и основной ее проблемой было решить, кого из них взять с собой в отпуск.

Собственно, весь конфликт в этом и состоял. Не задача добиться отпуска, а стресс выбора одного из троих. Они действительно это читали и этим наслаждались в Верховенстве? В книге не было никаких схваток. Нет, я не настолько невежественна, чтобы думать, что все должно быть связано с битвами. Есть много отличных историй про героев вроде хитроумного Койота, который избегал неприятностей, используя мозги, а не мускулы. Были даже истории про людей, готовившихся к войне, а потом заключавших мир.

Бабуля никогда не рассказывала мне историй о людях, собирающихся в отпуск. Отчасти эта книга казалась мне нелепой. Но другая моя часть понимала ее. Она шептала мне: «Именно на этом сосредотачивают свое внимание разумные, когда им не приходится непрерывно воевать. Ты научилась кое-чему, пока жила среди них, а именно тому, что твоя жизнь ненормальна».

Это свойство персонажей делало их куда более чуждыми, чем щупальца. Да, я хотела мирной жизни для моего народа. Но представить себе мир без летной подготовки, без военного комплекса, являющегося центральной и самой насущной потребностью общества…

Скад! Я не могла этого понять, но понять было нужно. Поэтому я читала их любовный роман и старалась изо всех сил.

Некоторое время мы летели, и я успела одолеть добрую четверть книги, но тут подал голос М-Бот.

— Видишь вон тот фрагмент?

Я посмотрела наружу. Из-за буксиров нам приходилось двигаться медленно, так что мы неспешно пробирались через пояс, минуя фрагменты с разнообразными ландшафтами. Сейчас под нами был редкий фрагмент с океаном. Не тот, по которому мы путешествовали раньше, но похожий.

— Увидев его, я что-то почувствовал, – сказал М-Бот. – Я вспомнил, как мы плыли с тобой и с Четом, и это было… приятно. Как будто я встретил старого друга. Это странно – чувствовать такое сейчас? Это ведь даже не тот же самый фрагмент.

— Не странно, – сказала я. – У людей часто чувства ассоциируются с каким-то местом. Пещеры под Россыпью иногда казались мне скорее домом, чем просто местом, где я росла, – и каждый раз, как я вижу пещеру, я думаю о них.

— Это приятное чувство, – сказал М-Бот.

— Не будешь на этот раз спрашивать, для чего нужны эмоции?

— Я все еще размышляю над этим, – сказал М-Бот. – Но сегодня мне просто нравится это чувство. Это нормально. Правда же?