Книга Звездная эскадрилья, страница 129 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

— Не думаю, – сказала я. – У них нет цитоников, способных совершать гиперпрыжки. Они могут попытаться привести дроны, чтобы отвлечь автоматические орудия, но они не смогут провести много кораблей – может, один-два, так что тут у нас превосходящие силы.

Вместе с пилотами Независимости силы получились значительные. Квилану придется отступить и перегруппироваться. Учитывая его нынешнее положение, он это понимал.

Если бы Верховенство действительно намеревалось забрать меня, они бы рано или поздно появились. Но даже у Квилана не было в распоряжении цитоников Верховенства – особенно если он рассчитывал проявить себя перед ними, – так что мы выиграли себе хотя бы немного времени.

— Ты можешь слышать их переговоры? – спросил меня Йорген. – Они составляют план?

Я не слышала в окрестностях переговоров по гиперкому, но Квилан должен был знать, что я их услышу, так что он мог перейти на обычную радиосвязь.

— Ты можешь попытаться найти их канал? – спросила я Йоргена.

— Конечно, – сказал Йорген.

Он отключил гарнитуру, чтобы слышно было всем, пролистал тишину и помехи, а потом с его приборной панели зазвучал голос:

— Жители РеДауна, мы рады объявить вам, что при поддержке обеих партий…

Гилаф выругался, и я почти повторила его слова. Голос принадлежал Наналис.

— Оставь, пусть будет, – сказала я, и Йорген убрал руку от диска настройки.

Наналис властно обратилась к собравшимся:

— Наше сотрудничество выводит УрДейлов на галактическую арену…

— Кто это? – спросил Артуро, подойдя поближе.

— Председатель Совета, – сказала я. – Избранный лидер РеДауна. По крайней мере, на данный момент.

Инин сложила руки на груди и прислонилась к кораблю Верховенства. Ее отец много лет выступал против Наналис в Совете.

— Спасибо, – произнес знакомый голос, и глаза Инин расширились. – Это Ринакин, верховный канцлер Независимости. – (Это действительно был Ринакин – я узнала его голос.) – У нас есть разногласия, но и Единство, и Независимость сходятся в одном: мы желаем лучшего для РеДауна и ее народа.

— Это его мы пришли спасать? – спросил Йорген.

Я кивнула, чувствуя, как напрягаются пилоты Независимости. Наш лидер не должен был говорить так – особенно теперь, во время военного переворота, устроенного Единством.

— Пора отказаться от разногласий, – продолжил Ринакин, – во имя прогресса для РеДауна. Я хотел бы объявить о двухпартийном сотрудничестве с Верховенством.

Гнилое дерево! Ринакин почти дословно повторял выступление Наналис во время игры.

Йорген посмотрел на меня.

— Его заставляют это говорить, – сказала я. – Совершенно точно.

Лицо Инис посуровело, и она кивнула.

— В ближайшее время я буду работать совместно с Наналис и Советом, – произнес Ринакин, – ради будущего как Единства, так и Независимости, и прежде всего ради прогресса.

— Прогресс! – проговорил Гилаф. – Так они говорят, а на самом деле продают нас. Все аванпосты сдались. Все, кроме нас.

— Есть один вопрос, который меня беспокоит по мере нашего продвижения вперед с коалицией, – сказал в заключение Ринакин. – Аланик, если ты слышишь меня, сдавайся. Еще не поздно стать частью решения. Спасибо.

Трансляция закончилась, и Йорген выключил радио.