Книга Звездная эскадрилья, страница 259 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

Что мы могли бы сделать, если бы переместили сюда другие платформы с их орбит вокруг Россыпи?

Третий корабль-носитель выпустил еще больше истребителей. Я мог чувствовать вибрацию цитоника среди них, и я потянулся, прислушиваясь к любым цитоническим сообщениям, чтобы посмотреть, что мы можем узнать об их планах.

Вместо этого я почувствовал что-то другое. Гул в «нигде», ритмичный стук, как будто кто-то постукивает ногтями по границе между тем миром и нашим.

Вражеский цитоник прорезал поле боя, направляясь прямо к Аланик. Гудение последовало за ним, и, сосредоточившись, я почувствовал, как вокруг него роятся маленькие снаряды, похожие на заостренные осколки стекла, сделанные из кусочков «нигде».

Ох, скад!

«Ангел, уходи оттуда! – сказал я. – Этот чужой корабль…»

Осколки «нигде» разлетелись вокруг корабля вражеского пилота в водовороте, подрезая крылья и пронзая корпуса. Два корабля упали – один из звена «Плющ» и один из «Звездного дракона», – когда вражеский корабль приблизился к Аланик.

Корабль Аланик исчез и возник снова уже ближе к городу, там, где звено «Победа» преследовало истребители, прорвавшиеся сквозь наши силы. Вражеский корабль пролетел мимо того места, где находилась Аланик, к Киммалин и Неду, которые бросились прочь. Враг стал преследовать Киммалин. Прежде чем я успел хоть что-то сказать, Артуро крикнул ей по рации, чтобы она ныряла вниз и уходила оттуда.

Она пошла вниз, но вражеский корабль последовал за ней и разрезал ее истребитель на три части. Обломки посыпались на землю. Киммалин не катапультировалась, но ей это и не требовалось. Я поискал тейникса в падающих обломках, но не смог его найти. Оставалось лишь надеяться, что он перенес Киммалин.

— Всем звеньям! – позвал я. – У этого пилота клинки разума. Сбейте его.

— Мы не можем подобраться достаточно близко, чтобы задействовать ИМИ, – сказал Амфи. – Жучик – наш лучший стрелок, но она выбыла.

— Аспид, – спросила ФМ, – Жучик выбралась?

— Я не знаю, – сказал Нед.

В его голосе звучало потрясение. Цитоник с клинками разума нырнул снова, на этот раз погнавшись за Мятой.

Я нашел слизня Мяты, Усатика, и велел ему переместиться ближе к городу, ниже звена «Победа». Мята исчез. Наши корабли летали вокруг вражеского цитоника и пытались достать его огнем деструкторов, не подходя на радиус действия клинков разума, но вражеский корабль уворачивался и уклонялся, избегая нашего огня.

Я не мог позволить этому продолжаться. Я мог бы сесть на свой корабль и попытаться догнать цитоника, но предполагал, что у него гораздо больше практики обращения с клинками разума, чем у меня, и, возможно, гораздо больший радиус действия.

— Всем звеньям, – сказал я, – подтянуться.

По всему полю боя корабли взмывали в облака, сталкиваясь с кораблями Верховенства, вышедшими из своих носителей. Не все звенья киценов послушались меня, но они находились достаточно далеко от цитоника, чтобы не пострадать от автоматического огня сверху и снизу.

«Вперед», – сказал я Милашке.

И перенес платформу прямо под корабль пилота-цитоника.

Пилот-цитоник немедленно рванул вверх, ускоряясь, чтобы уйти из поля действия ингибитора.

«Давай», – сказал я Бабаху.

Бабах выстрелил в направлении противника, но тот выбрался из зоны действия ингибитора и прыгнул прочь. Я принялся искать его в небе…