Книга Звездная эскадрилья, страница 52 – Брендон Сандерсон, Дженси Паттерсон

Я рассмеялась. Это звучало одновременно глубокомысленно и пугающе. Я потянулась к своему передатчику.

— Как ты относишься к музыке? – спросила я.

— Мне понравилась песня, которую ты включала в лаборатории. У тебя есть еще?

— Есть, – ответила я и включила передатчик, проглядывая короткий список мелодий, прежде чем выбрать одну.

Эта вещь была тяжелее той, которую я выбрала для Йоргена. Я понятия не имела, какие инструменты могли издавать такие звуки. Мелодия была погребена под множеством выкриков на неизвестном мне языке. Но ритм был четким, а звуки – странно привлекательными, какими бы громкими и злыми они ни казались.

Тор послушал какое-то время, потом сморщил нос.

— Это музыка? Ты уверена?

— Музыка, – подтвердила я. – Просто чтобы ее оценить, нужен изысканный вкус.

Звено одновременно прибавило скорость, мы шли стандартным клином по направлению к линкорам. Мои датчики приближения вскоре начали засекать чужие корабли: их было много, хотя и не столько, как в тот раз, когда явился делвер.

Еще сильнее меня тревожило то, что более крупные корабли двигались в сторону Россыпи. До сих пор они оставались на месте и были скорее ориентирами, чем непосредственной угрозой.

Музыка неумолимо шествовала своим путем, пока мы продолжали прибавлять скорость до Маг-8. За пределами поля обломков было много… ну, пространства. Корабли маячили в отдалении, и даже на высокой скорости нам потребовалось немало времени, чтобы приблизиться к ним.

Некоторое время я все сильнее осознавала, что Тор сидит рядом со мной. Наши руки теперь соприкасались от плеча до локтя, согревая меня целиком. Скад, мне вовсе не об этом нужно думать, идя в бой! Ровно об этом я говорила Сэди во время прошлой битвы: мне нужно было сосредоточиться. Я не привыкла, чтобы во время боя в моей кабине сидел кто-то еще, и уж тем более не парень, которому я нравлюсь.

Я же все еще нравлюсь ему, верно?

— Я не уверен, что от этой музыки становится лучше, – сказал Тор.

— Хорошо, – согласилась я. – Я ее выключу.

— Нет, не обязательно, – быстро сказал Тор, но я уже потянулась к передатчику в поисках другой мелодии.

Я мало с кем делилась своей музыкой, – возможно, это было эгоистично. Я не то чтобы хотела оставить ее всю себе – скорее я не хотела ею делиться с теми, кто не оценит. Она была единственным, что связывало меня с теми, кем мы были до того, как наш народ потерпел катастрофу на Россыпи и жизнь свелась к выживанию.

Наверное, мне не стоило выбирать одну из самых странных вещей в моей коллекции, чтобы поделиться с Тором. Так что я решила выбрать что-то такое, что будет легче оценить.

Я выбрала хорал, тоже на незнакомом языке – отец говорил, что он вышел из употребления задолго до того, как люди покинули Землю. Десятки, если не сотни голосов сливались воедино, пели на разных тональностях и высоте, громко, но в то же время как-то тихо.

— Ох! – сказал Тор. – Звезды, как же это прекрасно! Тут играют какие-то инструменты?

— Думаю, нет. Только голоса.

— Ух ты!

Тор рассеянно погладил Счастливчика, который примостился у него на коленях, и слизень начал подпевать музыке, вплетая в общий мотив еще один высокий голос. Жабр прополз немного и ткнулся носом мне в бедро.

— Это должно тебе понравиться, – сказала я. – Даже слизни ценят эту музыку.