Книга Корона огня и пепла, страница 41 – Мира Салье

Казалось, прошли секунды, минуты, часы, пока они смотрели вперед, наблюдали, как незримая магическая преграда держала лаву, словно на поводке, не давая огню распространиться дальше, с Ничейных земель и за границы Виана и Мирита. Облака раскаленного пепла нависали над выжженными полями и лугами, а густые клубы черного дыма застилали солнечный свет.

Тело Дарнила было напряжено. Мирит… Это был его дом. Здесь жил его народ. И сейчас он отчаянно соображал, как остановить неизбежное, и на его сосредоточенном лице отражалась тревога.

Но пока это было своего рода посланием, предупреждением.

Делла закрыла глаза – слышала только, как что-то бушует в крови. Внутри нее начала разливаться чужая сила; она бурлила в жилах и отзывалась в костях. Поры кровоточили. Она вспомнила их с Эмилианом встречу, то, как смертоносный туман изливался из нее и расходился по берегу подобно лаве.

Делла чувствовала только неукротимую, дикую силу и сжимала пальцы в кулаки, приказывая себе успокоиться.

Преисподняя сделала первый шаг.

* * *

Спустя несколько часов они сидели в зале заседаний, который, как и все остальное в Мирите, поражал убранством и великолепием: золотые стены, мраморные колонны и высокий потолок с изображением небесных Творцов. Громадный стол из цельного куска золота был заставлен наполненными бокалами.

Советники Дарнила давно разошлись. Вопросов было великое множество, чего нельзя сказать об ответах. Летавшее в воздухе напряжение практически давило на кожу. Делла и Дарнил молчали, отягощенные тишиной.

Он понимал, что она для себя все решила и отговорить ее не получится. У Эмилиана в плену находились ее муж, друг, Ами… Он забрал всех, кто был дорог ей в жизни. Даже если этот мерзавец превратит ее в свою собственность, она будет волочить жалкое существование, зная, что хотя бы попыталась спасти близких. А главное – Кэл должен узнать о ее любви и о том, что она ошиблась, поверив в его предательство.

Дарнил долго и настороженно смотрел на нее, его плечи и сейчас оставались напряжены. Но потом его взгляд потеплел, а черты лица слегка смягчились.

Делла думала, что ее вопрос все усугубит, тем не менее спросила:

— Даже не попытаешься меня отговорить?

В зале снова стало тихо. У Дарнила дрогнул кадык.

— Делла, я знаю тебя всю жизнь. Если ты что-то вбила себе в голову, то будешь стоять на своем, какими бы глупыми и безрассудными эти поступки ни были. Даже если решение заведомо заведет в тупик, ты пойдешь до конца.

— Очень лестно с твоей стороны припоминать все мои бессмысленные попытки побега.

Дарнил улыбнулся.

Делла догадывалась, что он сказал эти слова не просто так. Дарнил как никто другой знал обо всех ее лишениях, о том, как для нее важны право выбора, свобода самой определять судьбу и принимать решения, даже если они сулили беду. Кроме того, он прошел через собственный ад, когда отец заставлял его делать отвратительные вещи, тоже в своем роде не оставляя ему иного выбора.

— Делла, насчет моего предложения…

Услышав свое имя, она вырвалась из раздумий и тряхнула головой, чтобы отбросить лишние мысли.

— Дарнил, Кэллам мой муж, и я люблю его. И всегда выберу его. Правда между нами с тобой открылась слишком поздно. Я лишь могу рассчитывать, что мы останемся союзниками, и…