Книга Школа лукоморцев, страница 20 – Анастасия Дёмина

Костя невольно сглотнул.

— А-а…

Василий, заметив его реакцию, усмехнулся.

— Что, страшненько? Эх вы, городские жители. Ты хоть в лесу бывал?

— Это не лес, – с непоколебимой уверенностью заявил Костя, указав вправо. – Это непроходимая чаща, и не говорите мне, что вы хотите там гулять! Да туда же не зайдёшь, только если с бензопилой!

Василий расхохотался.

— В этом вся суть. И с бензопилой против них идти не советую, боюсь, не поймут.

— Против кого, дубов? – с подозрением сощурился Костя.

— И против них тоже, – всё так же туманно ответил Василий. – Потерпи чуть-чуть, не хочу портить тебе впечатление объяснениями… Ага, вот он! – воскликнул мужчина, указав куда-то вперёд.

Метрах в ста от них справа от дороги стоял столб около полутора метров в высоту. Обычное бревно, даже не покрашенное, без каких-либо табличек или опознавательных знаков.

Василий плавно затормозил, остановившись перед столбом, и достал из кармана ветровки телефон. Найдя в контактах чей-то номер, он поднёс мобильный к уху. Костя услышал три гудка, затем щелчок и неразборчивый женский голос.

— Зоя Никитична? – заговорил Василий. – Доброе утро! Это Портняков. Да, уже добрались, только у столба встали. Да. Понял. Хорошо, ждём.

Убирая телефон в карман, он с загадочной улыбкой бросил Косте:

— Следи за дубравой.

Костя послушно пересел ближе к окну и уставился на лесной заслон. Что-то в нём было странное, не только пугающее своей враждебной темнотой и непроходимостью, но и откровенно неправильное. Ну не могут деревья расти так густо, не убивая друг друга, а эти дубы, что старые, что молодые, сухими и хворыми никак не назвать.

Мысль Кости оборвалась на полуслове, когда лес перед ним будто разом вздохнул и всколыхнулся, как под напором невидимой волны, пришедшей откуда-то из глубокой чащи. А в следующую секунду он… исчез.

Костя моргнул, не веря своим глазам. Нет, деревья по большей части остались, но теперь это были преимущественно те же берёзы, ясени и липы, что росли по другую сторону от дороги. Почти всё дубовое войско растворилось в воздухе, словно его никогда и не было, оставив после себя самый обычный и очень даже дружелюбный на вид лес.

Костя начал поворачиваться влево, чтобы спросить Василия, что всё это значит, но так и застыл с разинутым ртом.

Взгляд упал на столб. Если раньше он стоял перед сплошной стеной из дубов, то теперь отмечал начало уходящей в лес грунтовой дороги, ровной и хорошо утрамбованной, но недостаточно широкой, чтобы на ней смогли разминуться две легковушки.

Но и это было не самое удивительное. Там, где примерно в метре от основной дороги начиналась лесополоса, боковую грунтовую дорогу перегораживали высокие ворота из чёрных прутьев, украшенные самой настоящей кованой вязью высочайшего мастерства. Железные завитушки и спирали тонким кружевом сплетались в узнаваемые мотивы: кот, сидящий на обвитой вокруг дерева цепи, старуха с крючковатым носом в ступе, юноша верхом на волке, лягушка с короной на голове, домовые, лешие… А посередине располагалась поделённая между двумя створками красивая овальная рамка, как у старинных картин в музеях, внутри которой сверкали как начищенное серебро цифры «3» и «9».

Костя так засмотрелся, что едва заметил, когда «тойота» тронулась и, свернув на грунтовую дорогу, остановилась у ворот.