Книга Школа лукоморцев, страница 38 – Анастасия Дёмина

— А можно унаследовать силы от обоих родителей, если они разные лукоморцы? – с любопытством спросил Костя, возвращаясь к яичнице.

— Можно, но это редкость, – ответил Никита. – Чаще у ребёнка проявляется сила только одного родителя. С Владом понять сложнее, потому что не существует теста, ну, знаешь, плюнул в пробирку, а анализ показал, какой ты лукоморец. Возможно, Влад очень сильный, просто потому что он от природы такой, спорт любит и всё такое, а возможно, он ещё и немного богатырь. Но что он домовой – это точно. Я сам видел, как он в прошлом году на перемене шёл себе по коридору, вдруг ни с того ни с сего развернулся и рванул как полоумный в класс биологии. Оказалось, там один из шкафов с образцами слегка перекосило, причём на глаз это было практически незаметно, но если бы Влад с отцом его вовремя не починили, шкаф мог треснуть, а то и вообще развалиться.

Жанна кивнула.

— Я слышала, как он рассказывал, что когда домовой прикипает к своему дому или территории, то по первости становится гиперчувствительным ко всему, чувствует чуть ли не каждое пятнышко на полу, но постепенно это проходит.

— Хорошо, что в прошлом году он ещё не был старостой, а то бы вламывался в комнаты из-за каждой пылинки, – хмыкнул Никита.

— То есть богатыри – это просто сильные люди? – спросил Костя, отставляя пустую тарелку и пододвигая к себе кружку с какао. Пахло оно изумительно, а попробовав, Костя на секунду зажмурился от удовольствия. Напиток был насыщенным и густым, почти как настоящий жидкий шоколад.

— Ну-у… – протянул Никита.

— По сути, да, – пожала плечами Жанна. – Поэтому их у нас относительно мало, по сравнению с тем, как много их среди лукоморцев вообще. Они, считай, самые банальные и скучные из всех базисных. Русалки и то поинтереснее будут, даже самые слабые из них хотя бы могут надолго задерживать дыхание под водой.

— Жанна, – тихо пожурила Катя.

— Что? – воскликнула девочка, всплеснув руками и едва не задев яблоком Костю по уху. – Это правда! Если у нас и есть богатыри, то в большинстве своём всякие мажоры, которых богатенькие родители сюда отправили, чтоб деток потом в элитные вузы зачислили.

— У лицея широкие связи на самых разных уровнях, – серьёзно пояснил Никита для Кости.

— Оставшиеся четверо из нашего класса как раз из таких, – продолжила Жанна, хрустя яблоком. – Они могли преспокойно учиться в любой школе, но нет, родители с пятого класса пристроили их сюда.

— Жанна, это неправильно – так рассуждать, – снова тихо вмешалась Катя. – Лицей существует в том числе и за счёт денег, которыми его спонсируют бывшие ученики. Если бы не такие родители, кто знает, смогли бы мы тут учиться.

Жанна фыркнула, слегка брызнув яблочным соком, и невнятно буркнула:

— Тоже мне печаль. – Но заметив, как Катя открыла рот, поспешно добавила: – Да-да, я знаю, что лицей важен, а кое-кому жизненно необходим. Я с этим не спорю. Но и ты не спорь, что эти мажоры строят из себя, будто они тут хозяева и содержат таких, как мы с Никитосом. – Она задумчиво глянула на Костю. – Ну и Костяна теперь, как я понимаю.

Катя потупилась, и Косте стало интересно, кем были её родители, но больше он ни о чём спросить не успел, потому что Никита, посмотрев на большие настенные часы, поторопил всех: