Книга Воссоединение волчьей стаи, страница 20 – Аврора Джейсон

— Хорошо, Софи… Только не пойми меня неправильно. Наша семья… она не совсем обычная. Мы… другие. Я бы не сказала, что мы полноценные люди. Скорее, мы связаны с дикими животными. Легенда, которую тебе рассказывала тетя Марта… она правдива, хотя и немного приукрашена. И та девушка из легенды – наша дальняя родственница. И то, что случилось тогда в лесу, с твоими глазами… Это не волшебство, не совпадение. Это так и есть. Мы полулюди, полу-звери. Твой отец был не просто человеком с полумесяцем, он был избранным, как и ты. Такого еще никогда не было, чтобы и отец, и дочь унаследовали этот знак. Как бы тебе это помягче сказать… Мы – оборотни. Мы можем превращаться в волков. Но, к сожалению, я не могу. Я – полукровка. Я была рождена от человека, мой отец был волком, а моя мать – человеком. В волчьем мире такие союзы запрещены. Полукровки, как я, считаются изгоями. Поэтому я очень прошу тебя, никому не верь, даже Джейсону. Что бы он тебе ни говорил, не доверяй. Будь осторожна и думай своей головой, поняла? — У Марии потекли слезы. Она поцеловала Софи в лоб, забрала стакан и вышла из комнаты.

Софи застыла в кровати, дыхание перехватило от внезапного озноба. Ей, казалось, происходящее – злая выдумка, морок. Она откинулась на подушки, устремив взгляд в потолок, погрузившись в звенящую тишину комнаты, которую лишь изредка прорезали раскаты грома и вспышки молний за окном. Софи закрыла глаза, и сон, словно темное крыло, накрыл ее.

Утреннее пробуждение принесло с собой тягучее чувство тревоги. Непонятный страх сковал сердце, и первой мыслью была мама. Софи отгоняла дурные предчувствия, убеждая себя, что все в порядке, что мама, как обычно, хлопочет на кухне, готовя завтрак. Собравшись с духом, она спустилась вниз, но кухня встретила ее пустотой. Решив, что мама еще спит, Софи заглянула в ее комнату напротив. Дверь отворилась, являя взору заправленную кровать и никого вокруг. "Наверное, ушла к соседке", – промелькнуло в голове. Накинув кофту, Софи выбежала на улицу, преследуемая навязчивым ощущением беды. Ей казалось, что с мамой случилось что-то ужасное. У дороги ее перехватил испуганный Джейсон.

— Джейсон?! Что с тобой? Все ли в порядке? Ты не видел мою маму? Я нигде не могу ее найти! – Софи впилась взглядом в лицо парня, который виновато опустил глаза.

— Софи, насчет твоей мамы… У меня для тебя очень плохие новости, – проговорил он, и, не говоря больше ни слова, осторожно взял ее за руку и повел в сторону местной больницы.

Миновав длинные коридоры, они вошли в помещение, где царил могильный холод, а тусклый свет солнца едва пробивался сквозь запыленные окна подвала. К Софи подошел знакомый врач, Джонатан, и с печалью во взгляде повел ее вглубь комнаты.

— Софи, я вам искренне соболезную. Постарайтесь сохранять спокойствие, ваше положение сейчас особенно уязвимо, – произнес он, подводя девушку к дальней стене.

Перед ней открылась жуткая картина: небольшие кушетки, накрытые белыми простынями, под которыми угадывались очертания тел. Сама мысль о том, что здесь может быть ее мама, вселяла леденящий ужас. Остановившись возле одной из кушеток, Джейсон обнял Софи за плечи, словно пытаясь ее подстраховать. Джонатан откинул простыню… И Софи увидела ее. Тело матери, изуродованное, искусанное, с глубокими рваными ранами, обнажающими кости. Девушка оцепенела, не в силах отвести взгляд. Сознание отказывалось принимать реальность. Страх, одиночество, безысходность захлестывали ее с головой. Ей казалось, что это кошмарный сон, от которого она вот-вот проснется.