Книга Гордость. Вера. Верность, страница 190 – Кирилл Малышев

— Ничего неожиданного не случилось?

— Нет. – Уже увереннее отозвался воевода. – Тебе не о чем беспокоиться.

— Ладно. Не хочу знать подробностей.

Его лицо было устало-умиротворённым. Немного склонив голову, князь поочерёдно взглянул на каждого из присутствующих.

— До сих пор у меня не было возможности сказать спасибо, но я хочу, чтобы вы знали – всё это стало возможным благодаря вам. Илья, твоё безукоризненное взятие Змежда вселило в нас надежду на победу, – он ласково посмотрел на воеводу. – Я в долгу перед тобой.

Расчувствовавшись, тысячник кивнул, не найдя что ответить.

— Ярослав, твоё мужество и стойкость в битве за Изборов вызывают восхищение. Никто не смог бы сравниться с тобой в доблести. Благодарю!

— Служу тебе, князь, – коротко ответил воин, и даже на его смуглом лице выступил румянец.

— Драгомир, если бы не ты – нас бы тогда разбили. Мы все обязаны тебе жизнью.

— Да брось, – махнул тот рукой, хитро прищурив ярко-зелёные глаза. – Вы и сами почти справились.

Владимир перевёл взгляд на сидящего рядом рынду. Юный оруженосец молчал, сосредоточенно глядя перед собой.

— Святослав, и для тебя есть хорошие вести. Полагаю, Никита задержался в Змежде – его заднице, привыкшей к седлу, неудобно на мягких подушках, – собравшиеся рассмеялись, вспомнив товарища, оставленного за посадника. – Ты был рядом с моим братом, а потом и со мной. Все уроки, что можно было получить, ты усвоил. Вскоре ты отправишься в родной город, чтобы занять место отца.

Тысячники радостно засвистели и зааплодировали, стуча ладонями по столу. Дежурно улыбнувшись, Святослав скромно опустил глаза.

— Но что дальше? – спросил Илья. – Надо ехать в Ханатар.

— В Ханатар? – с задумчивой улыбкой переспросил Владимир. – Думаю, это может подождать. В последнее время я много размышлял, и у меня появились некоторые идеи. Роговолд мёртв. Насколько мне известно, его сыну также предстоит поездка к хану. Я собираюсь написать письмо в Каменец и замириться – у него не должно быть оснований для вражды со мной.

— Вы знакомы с ним?

— Мы виделись всего раз, в детстве, – пожал плечами князь. – Роговолд нечасто бывал в Радограде. Кажется, его сына зовут Игорь.

— Игорь? – прищурился Драгомир. – Каменецкий князь назвал наследника в честь своего отца?

— Верно. Я об этом не подумал, – удивлённо отозвался Владимир. – Папа всегда говорил, что Роговолд его ненавидел.

— Видимо, не так уж и сильно, – покачал головой ярдумец.

— В любом случае, я попробую поговорить с княжичем Игорем. Тогда и решим – поехать ли вместе в Ханатар, как союзники, чтобы не повторилась история с Олегом. Или вовсе не ехать, а подготовиться и ждать, пока степняки не появятся сами. Сейчас, как мне кажется, поводов для конфликта между княжествами нет. Можно возобновить торговлю. Уверен, каменецкие купцы будут рады этому.

— Но прошлое не стереть, – заметил Драгомир. – Ты сражался с его отцом.

— Я не приходил с ратью в их земли, – развёл руками Владимир. – Вины за войну на мне нет. Кроме того, мы с сыном Роговолда, моим двоюродным братом, одного возраста. Есть мысль договориться о браке наших будущих детей – чтобы наш общий внук стал Великим князем.

Владимир снова окинул притихших приближённых лучистым взором и, улыбнувшись, добавил:

— А теперь, прошу меня простить. Я должен идти – меня ждёт жена. Вы не забыли, я ведь сегодня не только венчался на княжение. Советую хорошенько надраться по этому случаю – у нас впереди много дел, потом времени на это может и не быть.