Книга Малинка и Медведь, страница 44 – Катарина Гросс

Когда смог оправдаться, развеять ее печаль и доказать, что она сильно ошибается, меня ждало вознаграждение: Алина без колебаний согласилась поехать со мной в наше поселение. Я думал, что осталось лишь немного — уладить дела здесь и быть свободным рядом с ней. Хотел передать управление бизнесом своему заместителю, он бы вел дела, а я бы время от времени навещал и контролировал — это казалось мне верным решением.

Но я не учел людские пороки. Уже давно отметил, что людское сообщество сильно отличается от нашего медвежьего, как стая волков отличается от стаи дворовых собак.

У волков стая — это способ дожить до старости и передать опыт молодым. В наших стаях уважают старших, есть порядок и иерархия, основанные не только на силе, но и на мудрости, умении вести за собой и заботе о сородичах. Старый волк, как и медведь, ценен для стаи, он учит, направляет, остаётся частью жизни стаи до последних дней.

Стая дворовых собак — это банда, где правит беспредел силы. Поэтому в ней пока ты сильный, ты живёшь, пока ты можешь себя прокормить (отнять, отбить, урвать) ты живёшь. Если ты не вписываешься в стаю, то тебя съедят свои же, если ты устал, болен или стар, то тебе тоже нет места.

Люди в городе часто ведут себя как та самая банда собак. Они быстро расправляются со слабыми или с теми, кто оказался в невыгодном положении.

Как только я открыл свою стратегию заместителю, так сразу же столкнулся с его предательством. На меня мгновенно вышли конкуренты и попытались просто отжать бизнес. Я выдержал переговоры и не поддался их угрозам, но позже они перешли от слов к не честной борьбе и подлым подставам.

Сначала это были мелкие диверсии: в одном филиале устроили коммунальную аварию, лишив отдел воды и электричества; потом неожиданно заблокировали электронную клиентскую систему, без которой работа стала невозможной; затем начали добиваться отказа в рекламе и в обслуживании спортивного оборудования. Каждая новая пакость была рассчитана на то, чтобы утомить и деморализовать меня, заставить отказаться от проблемного актива.

И так я кружился, пытаясь исправить и избежать диверсий в будущем, но получил отрезвляющий удар под дых. Они покусились на мое самое ценное.

Когда я отвез Алину на квартиру и поехал домой, то дома мой зверь не давал покоя. Его и меня что-то тревожило, что-то беспокоило, такое мерзкое зудящее чувство не давало расслабиться. Сначала я принял это за не привычное одиночество и желание вновь держать мою девочку рядом, но меня просто с силой тянуло назад к ней.

Я ходил по комнате из стороны в сторону, питаясь унять беспокойство, но ощущал только нарастающую тревогу, какое-то предчувствие не давало спокойно вздохнуть. Поэтому, не смотря на ночь, и понимание что я могу своим визитом в такое время напугать или выглядеть в глазах Алины смешным, все равно сел в машину и рванул к ней.

Предчувствие не обмануло меня. Стоя на лестничной клетке, я сначала уловил чужие запахи, доносившиеся из-под ее двери, а когда послышались непонятные звуки, то я уже не сдерживаясь вышиб ее дверь с петель и влетел внутрь.

Вид, что открывался мне из коридора лишил воли. Два голых мужика с дряблыми телами прижимались к моей маленькой девочке, что лежала со связанными за спиной руками. Они прикасались к ее нежной коже своими грязными руками и пожирали своими похотливыми взглядами. В ее глазах стоял дикий ужас и отчаяние, которые она пыталась скрыть за маской отрешенности. Эта картина, где покушались на мое, стала для меня спусковым крючком.