Книга Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу, страница 107 – Белль Фолден

Сердце колотилось в самые ребра. На чистом упрямстве я дождалась, пока серебряный пар окончательно осядет, аккуратно перелила дымящуюся жидкость из котла в чистый стеклянный бутылек и плотно запечатала его пробкой. Я со всей силы вскинула руку с готовым флаконом высоко над головой, фиксируя окончание работы. Две другие ведьмы испуганно застыли у своих котлов, так и не успев закончить фильтрацию и разлить противоядие. Опоздали всего на долю минуты. Стадион в то же мгновение взорвался сумасшедшим, просто оглушительным ревом трибун, который разом снес все контуры тишины. Этот грохот сотен голосов оглушал. Министерство магии и глашатай турнира во всеуслышание объявили меня официальной и единственной победительницей турнира.

Огромный парадный зал нашего семейного особняка буквально гудел от сотен голосов. Родители решили не скромничать и закатили поистине грандиозный, роскошный прием в честь моей официальной победы в ведьминском турнире. Все этажи дома были залиты огнями магических шаров, отовсюду лилась легкая, чарующая музыка, а длинные столы ломились от изысканных угощений. Из столицы приехали важные министерские чиновники, преподаватели академии, старые друзья и просто зеваки. За высокими стрельчатыми окнами стояла глубокая, холодная поздняя осень. Пронизывающий ветер качал черные ветви дубов на аллее, но внутри дома было тепло и уютно от мерно потрескивающих каминов.

Всё внимание гостей в этот вечер было приковано исключительно ко мне, отчего я чувствовала себя немного непривычно. Мои фамильяры устроили на приеме свое собственное, сумасшедшее шоу. Скандал с Министерством был окончательно закрыт, комиссия признала Мавра легальным, и теперь этот прохвост пользовался своим новым статусом на полную катушку.

Все прошлые беды растаяли, казематы Роуз остались где-то позади, особняк наконец-то наполнило ощущение безопасности. Весь этот бесконечный, душный вечер мы с Кианом находились рядом. Он больше не носил ледяную маску следователя, я же не была напуганной студенткой. Мы открыто заигрывали друг с другом на глазах у толпы, обмениваясь долгими взглядами через зал. Когда оркестр затянул медленную мелодию, Киан шагнул ко мне и молча протянул ладонь. Я вложила свои пальцы в его руку, чувствуя, как по коже побежала знакомая волна тепла. Он быстро увел меня в самый центр круга.

На глазах у родителей и шепчущихся гостей его сильные руки уверенно легли мне на талию, бережно прижимая к себе. Сердце колотилось в самые ребра, а глубоко под сердцем сладко и остро заныла та самая магическая привязка, которую мы создали в самом начале нашей «шантажисткой» игры. С самой привязкой мы так и ничего не стали делать, решили оставить всё как есть. Мы танцевали медленно, почти не замечая кружащихся вокруг пар, и тихо переговаривались. В каждом его слове, в каждом случайном прикосновении сквозило такое сильное, обжигающее притяжение, что у меня кружилась голова. Маски были сброшены окончательно.

Суета приема, бесконечные пафосные поздравления столичных чиновников и долгие тосты отца под конец начали меня утомлять. Я посмотрела на Киана и поняла, что он чувствует точно то же самое — нам двоим не место среди этой светской публики. Мы поняли друг друга без единого слова. Пользуясь тем, что гости отвлеклись на очередное праздничное объявление распорядителя возле фуршета, Киан крепче сжал мои пальцы и осторожно увлек меня за собой через незаметный боковой выход на темную, прохладную террасу особняка. Фамильяры лишь посмотрели нам вслед, но последовать за нами не захотели.