Книга Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу, страница 62 – Белль Фолден

Есть несколько пропавших ведьм, есть какой-то неизвестный нам похититель, есть государство, которое замалчивает эту ужаснейшую серию преступлений, и есть сыщики, которые ни черта не делают. Я прекрасно помню, сколько ведьм числится пропавшими, одиннадцать! Это очень много ведьмочек, а если они не пошевелятся, то их станет двенадцать, и кто знает, кто будет следующим.

Не знаю, виноват ли в чем-то конкретном архивист, но с такой работой сыщиков я и не уверена, что на нем нет никакой вины, вполне себе он мог чем-то помогать, как минимум продавать информацию, а может, дело в том, что из-под его носа пропадают документы. Ну будем честны, мы с Кианом сами недавно стащили оттуда несколько личных документов ведьм, так почему это не мог сделать еще кто-то.

— Видишь? — Оникс нервно заходил по комнате из стороны в сторону. — Вселенная кричит, чтобы ты не лезла, а ты всё равно лезешь.

Конечно же, о том, что архивиста освободили, я рассказала своим фамильярам, когда вернулась из душа, ну а точнее, только фамильяру (то есть Ониксу), Мавр-то пока что ходит со мной, остается лежать среди одежды, так что он все слышал. Еще немного, и привязка с Мавром завершится до конца, и можно будет спокойно передвигаться одной.

— Вселенная просто плохо кричит, — отрезала я. — Если она хотела меня остановить, ей не стоило приводить меня к тому озеру, где мы нашли Мавра, либо же вообще не стоило трогать Сесилию.

Услышав наш спор, сонный Мавр выполз из-под подушки и устроился у меня на коленях, я как раз занималась тем, что расчесывала свои волосы.

— Может, Оникс прав, — осторожно заметил он. — Я, конечно, понимаю твои мотивы и поддерживаю их, но и ты пойми меня: я уже потерял Сесилию, если потеряю и тебя, то не переживу этого в буквальном смысле, и Оникс, кстати, тоже.

— Просто сидеть сложа руки тоже не выход, — твёрдо сказала я. — Вероятность стать следующей жертвой есть, и от этого никуда не деться, и затворничество мне ничем не поможет.

Библиотека академии встретила нас (Оникс и Мавр, естественно, пошли со мной, куда без них) полумраком, запахом старой бумаги и аурой тотального неодобрения, которая исходила от библиотекарши мадам Штольц. Она сидела за стойкой и смотрела на меня так, будто я пришла не за книгами, а чтобы сжечь всё до основания, библиотекарша в нашей академии не очень любила черных ведьм, но это и неудивительно: на фоне магичек (особенно каких-нибудь лекарок) мы смотрелись ужасно (в моральном смысле). Да и не ради книг я вообще сюда шла на этот раз.

— Чего тебе? — буркнула она, даже не соизволив поднять голову. Её внимание целиком сожрала какая-то толстенная книга.

— Подшивки студенческой газеты «Вестник Академии» за последние два года. Пожалуйста, — вежливо, но потвёрже выдала я.

Мадам Штольц всё-таки оторвала взгляд от своей безумно важной нудятины. И как только ей не надоест это читать?

— С какой радости? — спросила она.

— Для исследования, — ответила я и посмотрела на неё в упор, не моргая, чтобы не выдать волнения.

— Это какого ещё исследования? — прищурилась она.

— Магического, — уверенно соврала я. — Изучаю историю студенческих традиций. Отработку мне как раз выдали по этой теме.

Она хмыкнула и смерила меня оценивающим взглядом. В её глазах ясно читалось: «Ну ещё бы, кто бы сомневался, что ты опять влетела на штрафные часы». Какая же всё-таки предвзятая у нас библиотекарша!