Книга Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу, страница 90 – Белль Фолден

Киан де Драктон

Этот Энтони, местная звезда академии, крутился около нее прямо посреди центрального холла, чем дико раздражал меня. Надо было стоять и молча смотреть на эту сцену со стороны, делать вид, что меня это вообще не касается, но почему-то так сложно было это делать. Я следователь под прикрытием, мне нельзя лишний раз привлекать к себе внимание, светиться перед студентами или вызывать подозрения у руководства академии. Любые неуставные отношения или даже намеки на них со студентками здесь под строжайшим, абсолютным запретом. Одно лишнее движение, один неосторожный взгляд на глазах у этой праздной толпы, и всей моей репутации сурового преподавателя придет конец. Вся легенда, которую мы в Министерстве Магии выстраивали месяцами, полетит к чертям, похоронив под обломками дело о похищениях, а во всем будут виноваты мои личные отношения, и когда только я смог влюбиться в черную ведьму? Да я легко могу себе признаться, что влюбился, мне уже не семнадцать, и отличить влюбленность от влечения я могу, но вот влюбиться в черную ведьму… Боюсь, что никто и никогда меня не сможет понять, ведь я дракон.

Поправив складки одежды, я направился прямо к ним через весь холл, толпа студентов на моем пути расступалась сама, едва завидев мой тяжелый взгляд. Я подошел к паре вплотную, парень сиял своей безупречной улыбкой лучшего боевого мага и что-то увлеченно ей доказывал, активно жестикулируя. Ведьма лениво крутила в руках черный куст роз и смотрела на него как на редкую, довольно забавную зверушку. Я заставил себя дышать ровнее, медленно выдохнул, и тут они наконец-то увидели меня.

— Киан де Драктон, я просто… — Энтони сглотнул и заметно побелел, а причины волноваться у него были как минимум потому, что отношения у студентов-боевиков не особо приветствуют. Запрета, конечно, прямого нет, но испокон веков именно боевиков пытаются сдержать (я тоже через это проходил и скажу, что это правильная политика академии), причин для этого на самом деле достаточно, но одна из ключевых — это любвеобильность молодых драконов и желание самоутвердиться за счет женского внимания, а студентки все же здесь не простые, все из значимых семей, а академии скандалы ни к чему. Так что студенты не особо распространяются на счет своих интрижек.

— Свободны, студент. Живо в аудиторию, — отрезал я, не желая слушать пустые оправдания.

Парень убирался действительно быстро, только пятки засверкали, а после я уже обратился к Сандре, которая все еще не сказала ни слова.

— Твой магический резерв после позавчерашнего инцидента в лесу надо срочно проверить, мне нужно знать, как готовить тебя к четвертому этапу. За мной, в кабинет, — девушка промолчала, только саркастично фыркнула, поправила сумку и пошла следом за мной по коридору.

Вокруг, конечно, шептались, но для всех это была обычная картина. Злой препод опять тащит провинившуюся студентку на разбор полетов за какое-то очередное нарушение дисциплины. Едва мы переступили порог, я запер тяжелую дубовую дверь на засов. Всё, концерт окончен, зрителей нет! Я обернулся к ней, терпеть этот черный веник у себя перед носом в собственном кабинете я больше не собирался.

— Магические розы? Серьезно, Сандра? — я прислонился к столу, скрестив руки на груди, тон был холодным, но в нем отчетливо прорывалась обычная мужская злость, которую я больше не хотел прятать. — Этот спортсмен-боевик решил купить твое расположение редкой травой с южных плантаций? Твой паук, выглядывающий из-под плаща, я смотрю, тоже дико рад этой пыльце.