Книга Грёзы ангела, страница 54 – Татьяна Ренсинк

Эти русские слуги. Любовь к русскому. Любовь, да, истинная, чистая любовь к русской девушке... Даже дружба уже покинувшего мир отца с русскими людьми... Всё казалось неслучайным и очень дорогим.

— Вам плохо? – не вытерпев сложившейся долгой паузы, вопросил слуга, и Фредерик встрепенулся:

— Да, чаю? Чаю... Пригласи-ка ювелира, да чтоб он захватил лучшие женские кольца. А ещё, – говорил он всё больше удивляющемуся слуге. – Ты в этот раз отправляешься со мною.

— Куда, посмею спросить? – растерянно молвил тот.

— В Россию, – сообщил Фредерик.

— Барин, так вы же только что оттуда, сами же говорили, и зима уже, – не переставал слуга удивляться.

— Я на время домой вернулся, – развёл Фредерик руками и поднялся, отложив недочитанное письмо на стол. – Всякие дела подождать могут. А вот жизнь – нет. Так что, давай, ступай и собирай вещи!

— А как же быть с кузеном вашим? Вы же вчера согласились, чтобы он прибыл сюда, – растерялся слуга. – Ему уже и записку отослали.

— Василий, прошу, – улыбнулся Фредерик. – Грегор подождёт. В любом случае оставлю ему ещё записку. Без меня он сам справится. Кстати, – задумался он. – Ты не знаешь, или, может, твоя Елизавета, где кольцо моей матери?

— Как же не знать, в спальне у вас и лежит в шкатулке на комоде, – сообщил Василий.

— Отлично, – мечтательно улыбнулся Фредерик. – Значит, ювелир и не нужен, может. Возьму это кольцо. Оно принесло счастье моим родителям, так пусть же принесёт счастье и нам.

— Кому? – не понимал слуга.

— Едем в Россию, дорогой! – улыбался полный восторга Фредерик. – Собирай вещи, и в путь! Скорее! Чудеса сами не случаются! Сказку будем делать!

Слуга, так ничего пока и не понимающий, да и не горевший желанием покинуть дом, послушно удалился из кабинета. Дверь осталась открытой, и только Василий вышел, как Фредерик заслышал его шёпот с кем-то подошедшим...

— Барин, – несмело показался вновь на пороге Василий. – Дворецкий только что сообщил, что там, у ворот,... некто спрашивает вас.

— Кто это? – удивился тот.

— Старик какой-то с девицей, – пожал плечами Василий, но Фредерик и не догадывался, кто бы это мог быть:

— Что ж, пропустите их.

— Тоже русские, как сказал дворецкий, – сам не менее был удивлён слуга, видя будто окаменевшего, поражённого новостью хозяина.

— Не может быть, – только и вымолвил Фредерик, сделав несмелый шаг, чтобы выйти из кабинета, но на мгновение остановился...

Глава 42

Солнце весело искрится

На заснеженных полях,

И весёлый конь мой мчится

Да поёт в любви душа.

Уж давно вокруг всё дивно,

Всё танцует да поёт.

Мечта шальная лишь о милом

Меня ведёт средь всех дорог.

Так кружатся в вальсе грёзы,

Что не сможет быть иной

Моя жизнь ни днём, ни ночью.

То — мой рай. Живу мечтой...

К ожидающим у ворот Вере с Матвеем подошёл дворецкий. Что он спрашивал, они не поняли, но Вера тут же назвала имя Фредерика. Её с Матвеем попросили немного обождать за воротами, а через какое-то время дворецкий вернулся и пригласил пройти в дом...

Несмело следуя за ним, Вера шепнула своему спутнику:

— Это какое-то недоразумение. Наверное, однофамильцы здесь.

— Да уж не стоит выдумывать. Ясное дело, богат ваш Фредерик неслыханно, – махнул рукой тот, и у Веры в груди кольнуло.

Только распахнулась добротная дубовая дверь, покрытая такими же узорами, как на воротах, Вера и вовсе задрожала, а унять страха не могла. Переживая, что зря кинулась вот так вот в путь, и раскаиваясь, она прошла в холл.