Книга Дачники. Любовь, дружба, семейные тайны, летние романы и комары – в рассказах современных писателей, страница 130 – Алексей Варламов, Владимир Березин, Елена Колина, и др.

Ирина Ивановна любила не только музыку, но ещё обожала эффектно одеваться. Помню её красивейшие платки, завязываемые не по-деревенски, под нижней челюстью, а сзади. И конечно, её любимые летние серёжки – пластиковые клипсы со свисавшей вниз голубой ёлочкой. Стоили они сущие копейки, но Савушка умела носить самые дешёвые вещи так, что на ней они казались из гардероба британской королевы! Однажды, красиво одетая, она спешила на писательский пляж и практически перед лесенкой вниз, к калитке пляжа, столкнулась с покидавшим берег Львом Ошаниным и чуть не сбила его с ног. Естественно, они были знакомы, остановились и разговорились. А из-за калитки, со стороны пляжа, за их разговором наблюдали вахтёрши, проверявшие пропуска Литфонда и следившие, чтобы посторонние не мешали элите отдыхать. И когда Савушка распрощалась с Ошаниным и продолжила спускаться по лестнице к пляжу, то одна из вахтёрш, решив выпендриться перед своей коллегой, опрометью кинулась к калитке, перед носом Ирины Ивановны распахнула её настежь и изрекла:

— Здравствуйте, мадам Ошанина!

Савушка виду не подала, поздоровалась в ответ и спокойно пошла купаться. Вот с тех пор к Ирине Ивановне и приклеилось второе прозвище, которым мы её с колоссальным удовольствием величали, – Мадам Ошанина!

В начале ХХ века, когда в доме у Максимилиана Волошина отдыхали его многочисленные друзья-коллеги, у них была одна пикантная традиция. Каждый день в определённое время все гости Волошина выходили из его дома на пляж завёрнутыми в простыни, как в древнеримские тоги, лёгкими движениями сбрасывали с себя эти незатейливые одежды и шли купаться в абсолютно голом виде, ничуть не стесняясь ни друг друга, ни случайных свидетелей процесса! Естественно, лихая окололитературная молодёжь шестидесятых и семидесятых, очень хотевшая походить на Волошина и его окружение, за пляжем Юнге, ближе к мысу Хамелеон (его так называют, поскольку он в зависимости от положения солнца меняет свой цвет от абсолютно чёрного до ярко-золотого), подальше от посторонних глаз, стихийно образовала нудистский пляж. Однако попадались отдыхающие посёлка, никак не принадлежавшие к идейным обнаженцам, которые специально приходили к этому пляжу и из-за редких кустиков пытались в бинокли рассмотреть голых дамочек. Подобных эротоманов быстро находили так называемые нудистские патрули и выпроваживали восвояси.

Говорят, знаменитый советский анекдот про парочку возрастных нудистов родился именно тут.

На нудистском пляже, загорая, стоял совершенно голый мужчина в шляпе, а рядом лежала совершенно голая телесатая дама, которая тихо, не привлекая внимания, пыталась к нему обратиться:

— Добрыня Соломонович! Добрыня Соломонович!

Но мужчина не слышал. Шум волн и крики чаек заглушали её полушёпот. Тогда она позвала громче:

— Добрыня Соломонович!

Мужчина открыл глаза, повернул голову в её сторону и с интересом спросил:

— Да, Софочка, и таки шо ви хотели?

Женщина умоляюще произнесла:

— Добрыня Соломонович! Я вас умоляю, или наденьте трусики, или снимите крестик!

* * *