Книга Проклятая Мангазея, страница 42 – Константин Волошин

— А ты уверен, что нас никто не заметил? — боязливо спрашивала девушка. — День на дворе. Люди ходят кругом.

— Мы ведь зайдём с другой стороны. Петька уже давно не следит за нами. Я убедил его, что между нами ничего нет.

— Он следил за нами? — испугалась Агафья.

— В то время мы не встречались, Гапочка. Он следил за мной. После драки он перестал этим заниматься. Думаю, что то матушка ему поручила.

— Не может быть! — ужаснулась Агафья. — Неужели?

— Точно я не знаю, но легко догадаться. Твои родители слишком боятся меня, как жениха. Твоя свадьба через месяц? Или раньше?

— Раньше, — убитым голосом ответила девушка. — Как я всё это перенесу?

— Вот и идём со мной, милая Гапочка! Хоть напоследок ты ощутишь настоящую любовь. Это ведь так приятно, что дух захватывает. Я обещаю, что с тобой ничего не случится. Идём, тут близко. И займёт мало времени. Как захочешь, так провожу к подруге. Она не продаст?

— Обещала, — несколько подавленно, ответила Гапа. — Ладно, я верю тебе, Тимочка! Только недолго. Умоляю тебя!

— Обещаю, глупая ты всё же! Зато такая любимая! — Огляделся озорно, поцеловать не осмелился. Могут узреть прохожие.

Они быстро дошли до неказистой избы. Тимошка заметил скромно, скрывая нахлынувшее возбуждение и нервозность:

— Вот и пришли. Близко, как и говорил.

Уже в сенях Тимка почувствовал, как Гапа испугалась, задеревенела и с трудом вошла в закопчённую единственную комнату с печью. Всё было почти чёрное от копоти, но топчан оказался вполне приличный.

Тимошка тут же помог снять лёгкую накидку из приличного синего сукна, отороченного мехом. Она всё же заметила с содроганием:

— Как тут страшно, Тимочка! Сразу видно, что без женщины тут живут.

— А что ты хочешь? В Мангазее женщин мало, все нарасхват. Так что ты в девках не засидишься, — и жаркими глазами впился в её лицо взглядом. Он наклонился и нежно поцеловал в губы. Ощутил, как девушка вздрогнула и сама собой подалась к нему ближе. Он тут же начал её ласкать. Грудь её затвердела, напряглась.

Тимошка хоть и сам был возбуждён до предела, но ещё раньше настроился на подобное и ласки его стали бурными, поцелуи страстными. Это давалось ему легко. Лишь реакция Гапки сейчас его интересовала, и их чувства, хоть и разные, но соответствовали моменту. Гапа млела, расслаблялась и уже не отпускала его из своих объятий.

Он путался в её платье, белье, она что-то шептала, пыталась сопротивляться, но слова любви, любви вечной, делали своё дело. И не справившись до конца с её тряпками, он осторожно положил её на топчан. Она попыталась брыкнуться. Тимошка залез между ног, она вскрикнула, трепыхнулась. Он присосался к её губам, она затихла, а Тимошка продолжал своё дело. Чувствовал, что она уже почти не сопротивляется и осторожно приступил к главному действу.

Опыта у него было мало и пришлось ему провозиться довольно долго. Зато и она воспылала страстью, что затмило её разум на некоторое время. Этого хватило, чтобы овладеть ею. Она лишь ойкнула и задышала бурно. Всё произошло настолько быстро, что девушка мало что поняла. Пока осталось впечатление, что ничего страшного или восхитительного не случилось.

Они лежали рядом и боялись глянуть друг другу в лицо. Наконец Тимошка сказал, привирая:

— Ты меня прости, Галочка. Ты у меня первая и умения у меня мало.