Книга Тигриный лог, страница 119 – Юлия Чеснокова

— Тоже пришёл помолиться?

— Ага… — смятение окончательно сбило меня. Я не умею участвовать в ритуалах, где людей больше, чем я одна.

— И я вот… но не очень-то помогает, — он опустил ладони на колени. — Или я молиться не умею?

— Я тоже не особенно, — вздохнула я. Что ж, не так стыдно понять, что буддист из меня ни к черту. — Я и христианином-то молитв не знаю. А ты?

— А у меня, в общем-то, буддийская семья, — Рэпмон вытянул из-под себя ноги со стоном облегчения и пошевелил голыми пальцами, которые затекли под задницей. — Но я никогда не думал, что придётся так тесно заняться религией.

— А зачем ты сюда пришёл? — поразилась я на его счет в очередной раз. Он так страдал по женщинам и своей несостоявшейся карьере рэпера, что не приходилось сомневаться — у него многое удавалось в жизни мирянина. К чему было бросать всё и забираться на Каясан?

— Меня отец отправил, — потер он шею. — Я… знаешь, ошибки молодости, — он покосился на Будду, как на тюремного надзирателя: — Ничего, если мы тут поболтаем? — не получив запрета, Рэпмон развернулся ко мне. — Хорошая у меня была жизнь, молодость, развлечения, забавы. Родители денег давали на мои увлечения. Я хотел быть рэпером, увлекался хип-хопом, все дела. А потом… ну, знаешь, попробовать всё хочется. Девчонки, сигареты, выпивка. И кажешься себе таким крутым. Я попробовал травку. А потом мы с друзьями чего-нибудь более лихое захотели. Нашли, купили. С этим меня отец и поймал. И сказал — всё, хватит. Никаких тебе денег, развлечений. Ничего, — Рэпмон с ностальгией посмотрел Будде в глаза, словно это тот у него отнял всё причитающееся. — Он у меня очень верующий и честный человек, мой отец. И мать его поддержала. Сказали, лучше монахом, чем наркоманом. Да я и не собирался, в общем-то, наркоманом становиться… побаловался разок, называется. Хотя, кто знает? Не засунь они меня сюда — что бы из меня вышло? Компания-то у меня была та ещё… мало кто работал. Все такие "творческие", лишь бы бухать да шляться по заведениям, похожим на притон. Никто трудностей не знал, все балованные, и для того, чтобы иметь право называть себя взрослыми и бывалыми, непременно надо было нахватать проблем и попробовать, как можно больше, — я с сожалением слушала Рэпмона. Но я была рада, что хоть кто-то попал сюда по собственной глупости, не терзая моё сердце жалостью. — И вот теперь я тут. Но что-то не ощущаю себя готовым принять всё это.

— Мне кажется, это место благотворно влияет на всех, — сказала я, как думала. — Ты привыкнешь.

— Легко тебе говорить, — откинулся он назад и лег на спину, уставившись в потолок. — Ты не навечно в Логе.

— Если тебе так тяжело… почему не попытаешься уйти? — снова принялась я за свои разведческие штучки.

— Ну нет, — парень заложил руки под затылок и мне захотелось последовать его примеру. Я тоже растянулась на коврике. — Я не считаю себя таким слабаком, чтобы сдаться. Один раз я уже разочаровал родителей. Теперь я должен выдержать то, что они для меня определили. Я ведь сам виноват, — это прекрасно, что и он понимал это.

— То есть, сбегать в твоих намерениях никогда не было?

— Пока что нет, — заверил Рэпмон. Он не походил на человека, способного умело лукавить. Я пока что взяла на веру его слова. — Но без секса, правда, мне очень тяжко. А ты чего пришёл биться тут лбом? Тоже припекло, наконец?