Книга Тигриный лог, страница 178 – Юлия Чеснокова

— Это взаимно, — смущенно улыбнулся Лео. Я застыла. Это я-то непредсказуемая? Это мои мысли трудно угадать? А кто поймал меня на том, что я рассуждаю о взаимоотношениях между полами? Но дальше я задаваться вопросами уже не могла. Я ловила улыбку Лео, аппликацией отпечатывая её на стенки памяти. Это слишком редкий кадр, чтобы отвлекаться. Удивительно, но эта волшебная, труднодобываемая, как артефакт, улыбка, в отличие от улыбок других людей, когда возникала, стягивала губы, а не растягивала. Приподнимались самые уголки рта, а губы собирались вместе, стыдясь занять слишком много места на лице. Всё в этом человеке было непередаваемо.

— Так… как сделать тебе приятно?

— Не нужно.

— Нужно! — скрутив подстилку и одеяло, я сунула рулон подмышку.

— Я же не ради чего-то что-то делаю, а просто…

— Просто? — прищурилась я. Скажи, что я тебе нравлюсь, а? Что ты считаешь меня милой, хорошей, доброй.

— Просто, — искренне кивнул Лео. Энтузиазм затрещал, порванный посередине.

— Как так? Так не бывает, — изумилась я, встав, по грудь ему, напористо задрав голову и нагло изучая его впритык. Может, хоть вблизи разгляжу в нем разгадку ребуса, под личиной привратника Тигриного лога? — У всего есть причина. Знаешь, люди говорят "за так и прыщ не вскочит". Причина есть у всего!

— Да? — вопросительно взглянул на меня Лео, и я перестала быть в этом уверена.

— Я так считала… раньше… а ты думаешь, что можно делать что-то вообще безосновательно?

— Достаточно понимать, что это правильно, — пожал плечами Лео. — И делать так.

— Но как узнать, что правильно?! — пристала я к нему. Почему для меня всё было так сложно, а ему весь мир открылся, как на ладони. Нам нет, а ему — да! Он точно не просветился тишком под священным баньяном?

— Узнать? Разве мы не рождаемся с ощущением этого? — Ясно, парень не встречался с психами, преступниками и идиотами, раз верит в одаренность всех людей при рождении. Я хотела начать толковать своё, но, в кои-то веки, он не дал мне встрять и сам продолжал: — Кому-то плохо — надо помочь. Разве этому надо учиться? Кому-то холодно — надо греть. Разве это непонятно? Кто-то плачет — надо успокоить. Неужели внутри ничто не скажет тебе, что так надо сделать? — оцепеневшая, я слушала эти элементарные истины и захотела остаться здесь навсегда. Здесь, где всё так, как он говорит, где не нужны лишние объяснения, химические формулы и английский, чтобы стать хорошей. Здесь, где быть хорошей — это быть человечной, а не успешной, это быть справедливой, а не умеющей найти для себя выгоду, это быть готовой к самопожертвованию, а не идти по головам, чтобы добиваться своего. Я хочу раствориться в Тигрином логе, слиться с ним, дышать им, в ритм с природой, а не похотью человечества, не имеющего границ своих желаний.

— Лео… почему, если все понимают, что так правильно… почему так мало людей поступает подобным образом?

— У них нет сил, — не думая, ответил он мне. Я едва выдержала его взгляд, черный, палящий и агатовый, твердый, как скальная порода. Только в этих глазах, да в росте и ширине плеч отражалась та сила, которая таилась в Лео. — Сильными надо становиться. Никто не силён при рождении. Каждый ребенок слаб. Но чтобы стать сильным — надо трудиться. Никто не трудится над собой. И остаются слабыми. Слабый не в состоянии быть правильным. Он трусит.