Книга Тайна тевтонского замка, страница 144 – Нина Левина

Отец Леонид не видел, как сошлись в схватке два войска — небесное и когда-то низверженное, как сплетались в смертельных объятиях чёрные и белые крылья, как сверкали огненные мечи Михаила и Люцифера. Как на земле обретало могущество восставшее войско, и уже первые жертвы ложились под ударами мечей, и лилась кровь от немецких пуль. Он не видел, как редело войско падшего ангела, а сам он терял свою силу под натиском Архистратига. Как в последний раз обрушился огненный меч на поверженного Люцифера, и над землёй пронеслась яркая вспышка, мгновенно обратив в прах восставших мертвецов.

Закрывающие небо тяжёлые тучи вдруг пролились живительным ливнем, очистившим землю от следов сражения. Этот дождь привёл в чувство отца Леонида. Вода струилась потоками по его лицу, когда священник раскрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и сел, оглядываясь с удивлением и всё возрастающей радостью. Дождь быстро закончился, от туч не осталось ни следа, и с чистого нежно-голубого неба весело и ярко светило солнце. «Мария!» — вдруг вспомнил отец Леонид, медленно поднялся с земли и, слегка пошатываясь, побрёл к воротам, ведущим в Средний замок. Он постоянно спотыкался о куски разбросанных кирпичей и всё не мог понять, откуда они взялись. Мимо него спешили люди, громко переговариваясь на незнакомых языках, как вдруг совсем рядом мужчина, обращаясь к женщине, произнёс по-русски:

— Это в Высоком замке. Точно.

А она ему ответила:

— Мне кажется, костёл взорвался. Или часовня.

— Где это? — повернулся к ним отец Леонид.

— Вон там, — женщина указала рукой. — Видите полуразрушенную смотровую башню? Рядом с ней.

— Спасибо, — пробормотал священник и поспешил к Высокому замку.

Голова у него всё ещё кружилась, ноги были ватными, а из груди вырывалось тяжёлое дыхание. «Она точно должна быть там! — повторял он про себя, думая о Маше. — Бедная девочка! Как я мог оставить её? Старый дурак!» Отец Леонид остановился, чтобы отдышаться, и вдруг заметил какое-то сияние, исходящее из того места, где должен был быть костёл. Сияние усиливалось, священнику показалось, что он даже видит край большого овального зеркала. «Откуда там ему взяться?» — только успел он подумать, как по гладкому зеркалу пробежала рябь, словно от ветерка на поверхности воды. Через секунду сияние исчезло, а вместе с ним и край зеркала…

Полковник Титов лично встречал отца Леонида в аэропорту Пскова. Священник вылетел сразу, как только возобновилось авиасообщение и наладилась связь. За прошедшие несколько дней отец Леонид сильно изменился, и Титов сразу отметил это. Батюшка осунулся и похудел, добавилось седины в бороде, но не только. Что-то надломилось в его душе, отразилось в глазах, залегло в складке морщины на переносице. Весь путь от аэропорта до Самолвы он молчал, задумчиво глядя на дорогу и слушая рассказ полковника о том самом раннем утре, когда состоялась небесная битва.

— В этих-то местах их много полегло за все времена! — говорил Титов, ведя машину. О своём внедорожнике, отправившемся с отцом Леонидом в путь, он даже не спрашивал. — Но наши быстро привели войска в боевую готовность, так что встречали дорогих гостей подарочками. А вот погранцов некоторых не узнаешь — поседели в один миг! Эти красавцы как полезли со дна Чудского озера! Шлемы рогатые на головах! Лошади в доспехах! Кино, да и только!