Онлайн книга «Короткие смешные рассказы о жизни 1»
|
Злоумышленников он настиг через два дома. И не мудрено: двое (как старику показалось, Че Гевара и медвежонок) тянули за оглобли, а третий, зарывшись в солому, по-барски спал в санях. — А ну, выпрягайтесь! – скомандовал старик и ухватил сани за раму. Первые двое обернулись. — Дед, тебе чего? – тяжело дыша, спросил Зайцев. Красный чепчик у него съехал на затылок. — Стой, говорят! Мои сани! Проснулся Пирожков. Поморщился, пробурчал: — Кто кричит? — Я кричу! – взвизгнул дед, упираясь ногами в снег. – Вылезай, ворюга! Ишь ты, повадились! Мне ходить чижало, а они измываются! Им все шутки! А мне бегай по такой сипухе, отлавливай вас! Разворачивайте, ну! — Ничего с твоими санями не случится, – мямлил Пирожков, – мы тока попользовать. Ступай домой. — Ступай, ступай, – поддержал Зайцев. Дед по-молодецки запрыгнул в сани. Вытянул ноги, уселся поудобнее. — Никуды не сойду, пока на место не поставите! – заявил он. Молчание. — Ну и сиди. За десять минут проехали еще три двора. — Тяжелый же ты, деда, – пыхтел Зайцев. – Бабка, видать, одним мясом кормит… — Вертайтесь, – примирительным тоном сказал дед Кондрат, – будет с вас. Накатались. Должно быть, так путники и поступили бы. Но тут Зайцева (опять ни с того ни с сего) посетила совсем уж гениальная мысль: — Кобыла нужна! Старик аж подпрыгнул. — Какая кобыла? Поозровали, и хватит! Вертайтесь, говорят! По добру прошу! На кой вам кобыла? — В Козловку свататься поедем, – объяснил Чебурашка. — Вот окаянные! Пешком ступайте, пока утихло маненько! Оставьте сани Христа ради! Тут до Козловки рукой подать! Остановились. Зайцев бросил оглоблю. Подошел к старику вплотную и, не проронив ни слова, стал рыть под ним солому. — Ты чаво эт? – пискнул старик. — А вот чаво! – Зайцев вытянул за ручку прикопанную корзину с гостинцами. – Забирай, только отвяжись! Старик, прицениваясь, перебрал бутылки. Посидел, подумал. Праздник так-то никто не отменял. Старуха третий сон видит; а мужики, знай, в котельной в переводного режутся, в кулак зевают. А тут – он, с корзиной… — Сани когда вернете? – кротко спросил он. — Завтра и вернем, – пообещал Зайцев, – и упряжь, какую есть, неси. За кобылой полезли в первый же двор. Вокруг двора – двухметровый забор. — Васюль, загибайся, – распорядился Пирожков, – мы к тебе на спину – и туда. Так и сделали. — А я? – обиженно произнес Васюля, стряхивая снег со спины. — Ты сани охраняй. Очутившись во дворе, воры стали осматриваться. Слева, справа, спереди, куда ни плюнь – калитки. — Богатые хозяева, – смекнул Зайцев, – кобыла так и так будет. Зашли наугад. Темнота кромешная. Принялись ползать, искать наощупь. — Ага! – вполголоса воскликнул Пирожков. – Никак, хвост! — Где? Ну-ка! И впрямь хвост! Хвост есть – гажо! — Копыта! — Копыта?.. три, четыре… Гажо! — Уши, харя… — Гажо! — Рога. — Рога?! – Молчание. – Гажо! Открыли ворота, выгнали корову. Взялись запрягать. Корова с такой участью мириться не желала: топталась, лягалась, воротила морду. Но усердие, с которым три поддатых хлопца опутывали ее, взяло верх. Зайцев хлопнул вожжами. — НО-О! Корова от испуга вздыбилась и понеслась прыжками с задних ног на передние. Хвост – трубой, как у кота, увидавшего собаку. — С ветерком! – воскликнул Васюля. Ехали короткими перебежками. Корова виляла, упиралась, иногда вдруг останавливалась, громко нюхала снег и отмахивалась хвостом от вожжей, как от мух. Зайцев и Пирожков так увлеклись поездкой, что совсем забыли о своем молчаливом товарище, ради которого, собственно, и устраивался весь этот сыр-бор. А Васюля, прикорнув, с каждым резким стартом по чуть-чуть перекатывался назад, пока не вывалился где-то за деревней. Его пропажи приятели не обнаружили и по приезде в Козловку. |