Онлайн книга «Короткие смешные рассказы о жизни 1»
|
— Не помню. — Даже самый безвкусный в мире коллекционер не захотел признавать в этом живопись. Сколько у нас денег? — Три тысячи семьсот. — Даже на самую паршивую однушку не хватит. Нужно еще две триста. Где их взять? — Не знаю. — Запомни одну простую вещь, запомни навсегда… — Никогда не мешай, ты это уже говорил, – страдальчески вздохнул Мишка. — Да, и никогда не рисуй пьяным. — Но Поллок же… — То – Поллок, а то – Гречкин… ⁂ — Проходите, проходите гражданин, это узконаправленное, высокоинтеллектуальное, камерное искусство, увы, не каждому дано понять… — А чего тут понимать-то? Моя трехлетняя внучка и то лучше нарисует. — Я счастлив, что у вас такая талантливая внучка. Проходите, пожалуйста. — Граждане, только сегодня и только у нас вы можете прикоснуться к творчеству талантливейшего художника, ярчайшего представителя андеграунд-авангарда, иконы стиля и законодателя мод современного искусства Лазаря Спасклепского! Лазарь Гречкин полулежал на раскладном стуле возле мольберта с нашей «Медитацией». Шею его обматывал зеленый вязаный шарф с длинными кистями, с головы свисала гигантская клетчатая кепка, в зубах торчала папироса «Беломорканал». Весь этот джентльменский набор художника мы приобрели тут же – на стихийном блошином рынке проспекта Кирова. Продюсерский талант мой начинал приносить первые плоды. — Его на той неделе по «Культуре» показывали, – шепнул соседу седовласый гражданин в молочном костюме и роговыми очками на носу. Сосед в майке-сеточке, шортах и с рюкзаком на плече удрученно и сочувственно замотал головой. Лазарь сделал губы уточкой и воспарил над облаками. — А что за картина-то? — Как называется? — Эта художественная композиция, выполненная в стиле экспрессивного психоделического ньюпостэйджмодерна, под названием «Поцелуй Иуды», олицетворяет неравную борьбу сил разума, чистоты и света с темнотой человеческих пороков, соблазнов и самых мерзких искушений. — А что художник молчит? – пробасил толстяк в сиреневом трико. — Он медитирует, – таинственно улыбнулся я. Мишка замер. — Для достижения глубин творческого вдохновения он входит в транс, настраивается на частоту высшего разума и… видит картины, наполненные космической мудростью… Мишка стал издавать звук, отдаленно похожий на горловое тувинское пение. — …и божественным откровением, – пнул я его по ноге. – По возвращении из астрального мира он переносит их на свои полотна. Эта картина пришла ему накануне… — А сколько она стоит? — Вы же понимаете, что она бесценна. Но только сегодня и только для вас она будет стоить… две тысячи семьсот пятьдесят рублей. Бейсболист исчез первым, за ним потянулись толстяк и турист с рюкзаком. Любитель телеканала «Культура» тактично постоял возле картины, из уважения к медийной личности даже ощупал портмоне и, тяжело вздохнув, поспешил скрыться из виду. — А что они хотели? Этот шедевр за пятьсот рублей?! – негодовал я. — Пусть пятьсот! – выплюнул окурок Мишка, – хоть шарф с кепкой окупили бы. — Какой ты, оказывается, мелочный тип! А еще художник! — Продавать абстракцию в Саратове – все равно что читать Канта морякам! — Друг мой, ты живешь в 21 веке, где нет гильотины и почти бесплатный интернет, и ты еще чем-то недоволен? — Молодые люди, сколько вы просите за это полотно? |