Книга В СССР геев не было!, страница 136 – Ванда Лаванда

Михаил улыбнулся. Реакция Славы была необычной, но от этого не менее приятной. Они обменялись нежными взглядами.

— Ну, вы долго еще? – прервал их примирительные гляделки окрик Димы. – Я сейчас буду дальше смотреть без вас!

Составив на поднос еду и две кружки с чаем, а одну с кофе, они вернулись в гостиную. А ко второму эксперименту с видеоконференцией они смогли вернуться только спустя несколько часов. Но перед первым настоящим онлайн-уроком, Гайдук всё равно нервничал.

— Миш, ты опять хмуришься, – Ярослав погладил Михаила по спине, зная, что его это успокаивает. – На тренировочной лекции же всё прошло замечательно! Ну, на второй тренировочной, после нашего киносеанса.

— Ты и Дима не слишком придирчивая публика в отличие от семнадцатилетних… студентов, – хрипло выдохнул Михаил Петрович, раз за разом перекладывая свои заметки-шпаргалки, хотя тему урока, которую должен был сегодня рассказывать для третьего курса, он знал на зубок.

— Мы – да, лояльные зрители. А вот ты сам очень дотошный. Но и тебе ведь понравилось, как ты звучал и выглядел? – Ярослав наклонился, сухо и быстро поцеловал Михаила в щеку. – Слушай, у нас всегда есть план Б, помнишь?

— Да, конечно. Если что-то пойдет не так, если я запаникую и захочу закончить лекцию, я чихну, а ты отрубишь интернет. Чтобы обрыв связи выглядел реалистично, – механически повторил Михаил идею Славы на чрезвычайный случай.

— Но я уверен, что это не понадобится. Студенты тебя уважают, а некоторые побаиваются, но большинство обожает. Так что дерзай!

На этих словах Ярослав пригладил волосы Михаила, улыбнулся и вышел из комнаты, притворив за собой дверь.

А Гайдуку настала пора нажать на кнопку «Начать конференцию».

Наступило двадцать пятое мая – день, когда весь город заполнен одиннадцатиклассниками в школьной форме советского времени и красной лентой через плечо с надписью «Выпускник». Вот только в этом году никакого «Последнего звонка» не было ни в одной из школ.

Вот уже два месяца, как длилась пандемия, самоизоляция, дистанционное обучение и прочие меры безопасности, которые, впрочем, никак не снижали темпов роста количества заболевших. Все мероприятия и праздники были отменены: не было выпускных из детских садов, нельзя было проводить свадьбы… Ну и, естественно, нельзя было приходить школьникам на «Последний звонок». Его просто не было.

И выпускного не было.

Точнее был, но тоже в онлайн формате, как и обучение последние полгода. Но если Мила и была чуточку расстроена тем, что ей не удалось нормально попрощаться со школой, она никаким образом этого не показывала.

Отношения в доме Смирнитских – старшего сына Ярослава Евгения – очень сильно накалились после признания Милы в том, что она встречается с девушкой. И отчасти было благословением свыше, что у девочки не было выпускного: ей не пришлось спорить с матерью насчет одежды, прически, макияжа, а также идти с родителями на праздник и притворяться, что у тебя все хорошо, в то время как ничего не было хорошо.

Мария игнорировала Милу всеми возможными способами, минимально вмешиваясь в её жизнь. И Мила в ответ вела себя точно так же. Евгений же выбрал другую тактику поведения: он пытался сделать вид, что ничего не происходит. Он общался с дочерью, как и раньше, обходя щекотливые темы. А она воспринимала это поведение в штыки, так как ощущала, что её не принимают такой, какая она есть.