Книга Серена, страница 172 – Рон Рэш

Мистер Бьоркленд вошел, толчком распахнув дверцы.

— Приготовь мыльную воду для грязной посуды, – распорядился он. – По субботним вечерам у нас самая суета, так что сегодня ты сполна отработаешь жалованье.

Послышался стук кастрюль и сковородок: мистер Бьоркленд готовил кухню к первому заказу. Перед тем как заняться водой, Рейчел бросила взгляд на Джейкоба, у которого уже слипались глазки. Очень скоро малыш крепко уснет, несмотря на звон посуды, грохот кухонной утвари, громкие распоряжения и прочую суматоху.

И все же именно бригада Снайпса свалила последнее дерево. Когда мощный ствол тридцатифутового гикори наконец поддался поперечной пиле Росса и Генрисона, долина и окружающие ее хребты окончательно стали напоминать небрежно ощипанную тушу гигантской птицы. Рабочие собрали пилы и клинья, багры, топоры и кувалды, постояли немного, а затем по извилистой тропинке двинулись вниз по склону горы Шанти. Стоял октябрь, и цветастые комбинезоны лесорубов казались сшитыми из опавшей листвы, последней в долине.

Оказавшись на ровной местности, мужчины остановились отдохнуть у ручья Раф-Форк, прежде чем одолеть еще с полмили обратного пути к лагерю. Стюарт опустился на колени на берегу, поднес к губам пригоршню воды и, сделав глоток, сплюнул:

— На вкус точь-в-точь грязь.

— А вот раньше в этом ручье текла самая сладкая вода во всей округе, – вздохнул Росс. – Чистая и с чуток медовым привкусом из-за каштановых деревьев, что росли у ключа…

— Скоро в этих горах не сыщется ни одного каштана, – заметил Генрисон, – и ни единой капли той сладкой воды.

Еще несколько секунд протекли в молчании. В это время над долиной показалась стайка направлявшихся на юг чижей, чьи золотистые перья будто светились на темном фоне земли. Птицы летели совсем низко, сбившись вместе, словно бы в недоумении от увиденных перемен. На миг щеглы, казалось, замерли в воздухе, после чего стая рассыпалась шире, точно распуская над долиной золотую парчу. Описав единственный круг, стая поспешила скрыться за вершиной Шанти, и полет щеглов над вырубленной, черной от пожара долиной был столь же скоротечным, как и жизнь огонька свечи, которой размахивают над бездной.

— А ведь хорошим парнем был шериф Макдауэлл, – заметил Стюарт.

Кивнув, Росс достал бумагу с табаком и начал сворачивать сигарету.

— Лучшего нам, скорее всего, уж не повстречать.

— Чистая правда, – согласился Снайпс. – Любой другой на его месте давно бы сдался, но только не Макдауэлл. Сражался с ними до самого конца.

По лицу Генрисона скользнула растерянная улыбка. Он покивал, устремив взгляд на запад, в сторону Теннесси, и негромко произнес:

— Подумать только. Единственными, кому удалось от них уйти, стали ребенок и девчушка восемнадцати лет. Прямо чудо какое-то…

Росс поднял глаза от самокрутки:

— Думается, от случая к случаю Боженька все ж таки сюда заглядывает.

— Получается, беглецов так и не поймали? – переспросил Стюарт.

— Гэллоуэй за ними не возвращался, – подтвердил Генрисон. – В его бараке уж с две недели не гаснет свет, да я и сам встретил его вчера вечером в лавке.

— Он не рассказывал, что у него с лицом? – поинтересовался бригадир.

— Нет, и люди не торопились расспрашивать.

Молча оглядев заиленное русло ручья, Генрисон повернулся к Россу: