Онлайн книга «Карл Любезный»
|
Но тут — голос Николь д’Обиньи, придворной дамы: — Мадам, смотрите, как голуби полюбили нашу маленькую королеву: она их кормит, а они садятся ей на руки, на плечи и даже на голову. «Наша маленькая королева!» Так называли Маргариту Австрийскую с тех пор, как впервые увидели ее на пристани Амбуаза, в июне 1483 года, где гостью встретил дофин Карл. Ему понравилась трехлетняя сероглазая девочка с розовыми бантиками в косичках, и немного погодя на украшенной коврами и цветами площади у церкви Сен-Дени состоялась церемония обручения. День спустя новоиспеченная парочка поклялась не изменять друг другу, и Карл надел на пальчик «своей маленькой женушки» обручальное колечко. Затем народные гуляния. Людовик потирал руки: малютка приносила в приданое часть Артуа и Бургундии — графства Франш-Конте, Шароле, Макон… За спиной — восторженный голос Леоноры де Борнель: — Да вот же она, мадемуазель Луиза! Теперь они вдвоем кормят голубей, за которыми гоняются неугомонные щенки. Анна снова повернула голову в ту сторону. Девятилетняя принцесса Луиза Савойская, как и невеста Карла, воспитывалась при французском дворе. Ее матерью была Маргарита де Бурбон, старшая сестра Пьера де Боже… Взявшись за руки, юные принцессы побежали по усыпанной песком дорожке в сторону фонтана, вслед за ними с визгом понеслись щенки… Спустя семь лет у Луизы Савойской и Карла Ангулемского родится дочь, а еще через два года — сын; первая — королева Маргарита Наваррская, второй — король Франциск I. Ныне у каждой из двух девочек был свой «штат», собственный двор из девиц и благородных дам. Под их присмотром юные принцессы постигали науки, учились музыке, правилам этикета, искусству вышивания, рисования, танцам. Анна вновь вернулась мыслями к политике. Ей будет чем платить солдатам: казна неуклонно пополнялась. Совсем недавно регентша прибегла для этих целей к сокращению придворного штата. Она попросила администратора (главного распорядителя двора) составить список должностей и зачитать ей. Тот, недоумевая, стал перечислять: — Великий камергер Франции, Великий кравчий, Великий конюший, Великий камерарий, обер-церемониймейстер… — Не так быстро, господин Роберте, не так быстро. По порядку. Итак, великий камергер, начнем с него. Кто у него в подчинении? Администратор пошелестел бумагами, нашел нужную и принялся читать: — Камердинеры, меблировщики, гардеробщики, цирюльники, обойщики… — Сколько? — Что «сколько», мадам? — Сколько тех, других, третьих? — Камердинеров четыре… — Это много, сократить до двух. — Но, ваше высочество, это члены знатных семей, их родственники будут недовольны… — А казне нужны деньги для торговли, экономики, для войны. Сократить! — Слушаюсь, мадам. Но… кого же? — На ваше усмотрение. Дальше. — Гардеробщики, семь человек. — Достаточно и трех. Распорядитель двора вновь заскрипел пером, делая какие-то пометки. — Далее меблировщики, двенадцать человек. — Меблировщики? У нас во дворце что же, часто ломается мебель? Или целыми днями приходится переставлять ее с места на место? — Это на тот случай, ваше высочество, когда двор куда-то переезжает. Не будь их, кто же будет перетаскивать мебель? — Те четверо, что останутся, а помогать им будут придворные, авось не отвалятся у них руки. Их, как мне известно, около двухсот душ? Немало. Видит Бог, число это можно убавить до одной трети. Но так как дворяне поднимут глас возмущения, в чем вы, безусловно, правы, то мы оставим всех на своих местах, при этом вдвое уменьшим жалование, хватит им и доходов с их земель. |