Книга Должники, страница 25 – Татьяна Лунина

— Не ваше дело! – отрезала жена летчика. – Я мужа по каждому чиху не беспокою, сама умею принимать решения.

— Иногда решения могут быть ошибочными.

— Не волнуйтесь, мы здесь не задержимся. Если можно, передохнем немного, и уйдем.

— Куда?

— Домой.

— Умный ребенок. Наверное, в папу?

— Не вам судить об умственных способностях незнакомых людей, -- вспыхнула Тоня.

— А я не сужу, -- миролюбиво улыбнулся мужик.-- Просто, высказываю предположение, что ваш сынишка растет умницей, -- этот странный человек сбивал с толку. По виду хуже шаромыжника, но явно не жулик, не простой работяга. Для жулика – слишком открытый взгляд, для работяги – на удивление правильная речь и манеры интеллигента. Скорее всего, москвич: узнаваемая характерная интонация и звонкое «г» всегда вызывали зависть у уроженки Кубани. «Боровик» казался безобидным, однако в другой ситуации с таким лучше не встречаться. В нем таилось что-то необъяснимое, необычное, заставляющее окружающих вдруг ощущать собственную неполноценность и готовность к беспрекословному подчинению. – Давайте лучше не будем ссориться, а попытаемся узнать что-нибудь друг о друге, -- предложил «гриб» и хитро прищурился. – Вот вы, например, замужем, и у вас сын.

— Какая проницательность! -- фыркнула Тонечка, непроизвольно пряча за спину правую руку с обручальным кольцом.

— Вы с юга, вас выдает говорок. Подождите, сейчас попытаюсь определить точнее, -- он прикинул что-то в уме и уверенно добавил, – с Кубани. И жили, думаю, не в станице, а в городе. В свое время я бывал в Краснодаре по служебным делам, видел ваших девушек. Все, как одна, красавицы. Если б не был женат, выбирал жену только там. Говорят, кубанские женщины – прекрасные хозяйки и покладисты, это правда?

— Не отвлекайтесь, -- сухо посоветовал рассекреченный объект.

— Тут недалеко летный полк, значит ваш муж – военный. Скорее всего, летчик, для жены технаря в ваших глазах должно быть больше прозы. Может быть, даже он сейчас летает над нами, не подозревая, как мило мы тут на пару беседуем.

— Я пока только слушаю.

— Согласен, ваша очередь рассказчицы еще не наступила. Итак, продолжаю. Замуж выходили, конечно же, по любви. Иначе что, кроме этого чувства может удерживать в подобной глуши молодую, красивую женщину. Я прав?

— Хм.

— Отлично! Теперь самое трудное: профессия. Жены военных, по большей части, домохозяйки. И в этом, скорее, их не вина, а беда. В гарнизонах с работой, как правило, трудно, особенно вдали от городов, -- он окинул незваную гостью оценивающим взглядом, задумался и огорошил. – Наверняка не ошибусь, если предположу, что вы мечтали о сцене. Красивый голос, интересная внешность, темперамент – все задатки актрисы. Может, и стоило вместо замужества попытать счастья в театре? Не пробовали поступать в театральный институт?

— Я закончила музыкально-педагогическое училище, -- с вызовом ответила выпускница вокального отделения. – И о театральной карьере никогда не мечтала.

— Угадал! – развеселился «гриб». – Будем знакомиться? Олег Антонович Боровик, бывший экономист, ныне лесной человек без определенных занятий, если угодно – леший.

— Благодарю вас, молодой человек, за достойную оценку моей скромной персоны, -- церемонно поклонился Боровик малышу и улыбнулся его маме. – Увы, ваша реакция мне понятна: некоторые на мою фамилию реагируют еще более откровенно.