Книга Дочь фортуны, страница 176 – Исабель Альенде

— Это обычная перемена, в таком возрасте все женщины теряют равновесие, – объяснил немецкий аптекарь и прописал пациентке валерьянку от нервов и рыбий жир от бледности.

Капитан Джон Соммерс устроил собрание в библиотеке – у него было что рассказать брату и сестре.

— Помните Джейкоба Тодда?

— Того пройдоху, который кормил нас сказочками о миссии на Огненной Земле? – вспомнил Джереми.

— О нем и речь.

— Если я не ошибаюсь, Тодд был влюблен в Розу, – улыбнулся Джереми и подумал, что они, по крайней мере, убереглись от родства с этим вралем.

— Он переменил имя. Теперь он зовется Джейкоб Фримонт и сделался журналистом в Сан-Франциско.

— Ну и дела! Значит, это правда, что в Соединенных Штатах любой прощелыга может начать жизнь заново.

— Джейкоб Тодд сполна расплатился за свои грехи. По мне, так это прекрасно, что есть страна, где тебе предоставляют второй шанс.

— А о чести можно позабыть?

— Джереми, честь – это еще не все.

— Да разве есть что-то еще?

— Какое нам дело до Тодда? Полагаю, Джон, ты собрал нас не для того, чтобы о нем рассказывать, – чуть слышно произнесла Роза, прикрыв рот платком с ароматом ванили.

— Перед отплытием у меня был разговор с Джейкобом Тоддом, лучше сказать – Фримонтом. Он клянется, что видел Элизу в Сан-Франциско.

Мисс Розе показалось, что сейчас она впервые в жизни упадет в обморок. Сердце ее бешено забилось, виски были готовы взорваться, к лицу прихлынула волна крови. Женщина задыхалась, не в силах вымолвить ни слова.

— Такому человеку ни в чем нет веры! Ты же сам рассказывал: какая-то женщина клялась, что видела Элизу на корабле в сорок девятом году и не сомневалась в ее смерти, – напомнил Джереми, гигантскими шагами меривший библиотеку.

— Все верно, но это была проститутка с бирюзовой брошью, которую я подарил Элизе. Может быть, девка ее украла, а мне наврала, чтобы себя спасти. А какие причины для вранья у Джейкоба Тодда?

— Никаких, просто он по натуре выдумщик.

— Ради бога, хватит, – взмолилась Роза; каждое слово давалось ей с большим трудом. – Важно только одно: кто-то видел Элизу живой, она не умерла, мы можем ее отыскать.

— Дорогая, не тешь себя иллюзиями. Разве ты не понимаешь, что все это небылицы? Для тебя было бы слишком тяжело узнать, что это известие ложное, – предупредил Джереми.

Джон Соммерс пересказал им подробности встречи Джейкоба Фримонта с Элизой, не утаив, что девушка была одета в мужской костюм и чувствовала себя в этой одежде настолько удобно, что журналист не усомнился, что перед ним молодой мужчина. Джон добавил, что они с Тоддом ходили искать Элизу в чилийский квартал, но не знали, каким именем она пользуется, и никто не смог – или не захотел – подсказать, где она живет. Капитан заключил, что Элиза, несомненно, отправилась в Калифорнию, чтобы воссоединиться со своим любовником, но что-то пошло не так, и они не встретились – ведь целью ее прихода к Джейкобу Фримонту было узнать о бандите с похожим именем.

— Наверняка это он и есть. Андьета – преступник. Из Чили он уехал, спасаясь от полиции, – злорадно напомнил Джереми.

Конечно же, мисс Роза давно открыла брату, кто был любовником Элизы. Роза также призналась, что ходила к матери Хоакина Андьеты, чтобы узнавать новости; несчастная женщина при каждой встрече выглядела все беднее и недужнее и была уверена, что сын ее погиб. «Такому долгому молчанию нет других объяснений», – уверяла мать. Она получила единственное письмо из Калифорнии, датированное февралем 1849 года, через неделю после прибытия корабля: в нем Хоакин сообщал о своем намерении отправиться на прииски и подтверждал обещание писать матушке дважды в месяц. А потом… потом ничего: Хоакин исчез без следа.