Книга Пересечение, страница 186 – София Санчес

Ближе к вечеру как всегда Протасов направился к Марьяне. По дороге он сорвал цветов и хотел нынче побыть с ней дольше, ибо уже скучал в отсутствии девушки. Мари встретила его в прекрасном расположении духа, она улыбалась и глаза её горели, от этого и Андрей был несказанно рад, хотя и скрывал это за маской спокойствия.

— Вы должны поехать в Сосновку и узнать не появлялся ли Карл Филиппович, — заявила она.

— Должен? Усмехнулся он, — оставляя корзину с едой на столе.

— Вы же решили мне помочь? — Надув губы продолжала она.

— Да, — кивнул он. — Но с твоим прихвостнем встречаться не намерен.

— Как это? — Округлила она глаза.

— Разве не понятно, что это он напал на меня сзади, а не Королёв, — бросил князь, а Мари тихо ахнула.

— Быть не может, — отрицательно качала она головой, не в силах поверить в столь абсурдное заявление. — Вы путаете.

— Ах, я путаю? — Усмехнулся он её отрицанию, — а как тебе такое? Помнишь когда я был у тебя в последний раз, а этот немец провожал меня до библиотеке? Так по дороге он прямо угрожал мне, а я тогда и подумать не мог, что это проходимец решиться на такое.

— Карл Филиппович ранил вас, напав с ножом? — Пролепетала она, не зная верить ли князю. — Но вы говорили, что обвиняют Королёва.

— Лишь потому что в тот вечер он был у меня и мы подрались из-за тебя, а затем он ушёл, а я не успел дойти до двери как твой слуга выпрыгнул из кустов и набросился, — объяснял тот.

— Зачем же он так? — Вздохнула Марьяна. — Или вы думаете, что я приказала?

— Не говори ерунды, — отрезал Андрей. — И в мыслях не было. Просто твой слуга преступник, а тебе не стоило рисковать ради него, нужно отдать его исправнику.

— Отдать? — Вспыхнула Мари. — Да что вы знаете, князь? Вы не знаете всей истории! Карл Филиппович не убивал Усладова, он защищал графа. К тому же он человек на которого можно всегда положиться и что бы та не было — я никогда не выступаю против него, ибо мне он не сделал ничего дурного, а напротив.

— Хорошо рассуждаешь, — усмехнулся он ударив кулаком по бревенчатой стене. — Только ты теперь здесь и тебя преследует исправник из-за него, а его и след простыл.

— Я не просила вас, Андрей Петрович помогать мне, — грустно сказала она. — Я лишь хочу справедливости и по другому не будет.

Он смотрел на неё, а она пребывал в глубокой задумчивости уставившись в одну точку. Ему безумно хотелось обнять её и почувствовать тепло, вкус губ, но он только заложил руки за спину, дабы побороть влечение.

— Ты знаешь, что Ольга, разъехалась с Королевым и в округе судачат, что ты была его пассией, — продолжал он.

— Мне все равно, что говорят, — ухмыльнулась она продолжая гипнотизировать окно. — Что мне до людей, если я со своей жизнью разобраться не могу.

— А жизнь связанных с тобой? Например княгиня Королёва — она в чем виновата? Ты была с её мужем ещё тогда, а она ни сном ни духом и вот теперича удалось — ты вновь вмешалась в их жизнь — Пытался достучаться до неё князь.

— А вам не кажется, что вы не святой отец, дабы судить меня, — бросила она, гневно свернув глазами. — Вы далеко не святой! И вы верно никогда не любили, а я да! В то время я осталась одна на белом свете, вам ли не знать, а на фоне вас, князь — таком властном, жестоком барине, Алексей Михайлович показался мне ангелом, который спасёт меня, подарит свободу и в конце концов заставит вас отдать мне завещание.