Книга Пересечение, страница 41 – София Санчес

— Вы… вы были там? — Залепетала испуганная Мари, хлопая глазами, чувствуя как стыд накрыл её с головы до ног.

— Был и видел тебя не такой как сейчас, — иронично усмехнулся Андрей, наблюдая как она не знает куда себя деть и это его забавляло, — ты была совсем обнажённой и такой смелой. Где же теперича твоя дерзость?

Губы Мари задрожали, она хотела что-то ответить, но оторопела и бросилась что есть сил к двери. Никто бы не смог её остановить, от представления что Протасов видел её в таком виде, наблюдал со стороны, хотелось провалиться сквозь землю, улететь и никогда не возвращаться. Она горела, тело обжигал стыд и ком образовался в горле и расходился по коже ледяным ковром, колол и резал, бросал из стороны в сторону. Хотелось кричать и плакать, только это не помогло бы, а лишь облегчило муки и сожаления. Кто бы мог подумать что все так выйдет, она вновь здесь в его власти, хотя она не крепостная девка, а он не хозяин, но он сын крёстной и в его руках её судьба — так рассуждала Марьяна, когда быстро направлялась в людскую. Там она хотела упасть в объятия няни и выплеснуть всю боль и обиды, только Фрося сможет ей помочь и подскажет советом. В темном коридоре она чуть было не столкнулась со служанкой, пелена в глазах застилала картину происходящего и уже у двери её встретила добрая няня.

— Марьяша, что с тобою? — Обеспокоенно та взяла её холодную руку.

— Фрося, — девушка обняла с силой няню и из глаз брызнули слёзы, — ах, Фрося, я хочу провалиться сквозь этот пол и никогда оттуда не выходить.

— Это что за разговоры? Это он? Андрей Петрович тебя обидел? — Грозно спросила та. — Да ежели бы, токмо что я могу? Кто я такая? — Всхлипнула Мари и тогда Фрося завела её в людскую.

— Что приключилось? Говори девка, — поджав губы готовая защитить её от любой опасности сказала та.

Мари с трудом все рассказала, ей было тяжело такое пересказывать, казалось её выжили и в ней нет никаких сил, она была обескровлена, подавлена и поражена одновременно.

— Это всё? — Требовательно сказала Фрося.

— Все, — кивнула та, — он не оставит меня в покое. Он отправил то письмо, будто от Алексей, он подослал своего слугу, а я то думала что все иначе.

— Ну полно, Марьяша, полно, — она обняла её, желая успокоить. — Я нынче же поговорю с хозяином и он должен меня услышать, ведь Анна Степановна не того хотела. А что князь? Он то друг Протасова, с ним у вас что?

— Ничего, все закончилось, Фрося, — вздохнула Мари, смахнув слезу со щеки, — я все переживу, зная крёстная мне поможет, она хоть и на небе, но в сердцем я с ней.

— Это верно, — заключила та. — А ты сама то не хотела узнать откуда появилась у Анны Степановны? Кто твои предки?

— Нет, — отрезала девушка, — крестная была мне и матерью и отцом, о лучшей доле я и не мечтала. Она была всем для меня и я не хочу знать о настоящей матери ничего, никогда, мне все равно кто ею была.

— Что ж, ежели так, — вздохнула Фрося.

Они разговорили до тех пор пока не зашёл Андрей и они напряжённо переглянулись, а он по хозяйки распорядился уйти Фросе. Та пожав руку девушки повиновалась, намереваясь после зайти к хозяину и обсудить ситуацию касаемо Марьяны.

— Наш разговор не окончен, — прочеканил он, а она сидела уставившись в одну точку.

— Я поняла, — глухо отозвалась она, продолжая сидеть точно её приговорили к казни.