Книга Лорна Дун, страница 240 – Ричард Додридж Блэкмор

— Ни в коем случае, сынок! — воскликнул Джереми и приложил палец к губам. — Что же я, по-твоему, совсем ничего не соображаю? Цены на овец у вас будут как в самые голодные времена, а на хлеб — как минувшей зимой. Пусть Энни выставляет счет каждый день, а по ночам я буду его удваивать. Можешь не сомневаться, Джон, что эта весна принесет вам прибыли втрое больше, чем осенний урожай. Если уж тебя так долго мурыжили в городе, то мы наверстаем свое в деревне. Так что можешь начинать выписывать счета.

Это, конечно, несколько противоречило моим понятиям о честности, но так как все счета выписывались от имени матери, я счел необходимым прежде посоветоваться с ней.

Милая матушка резонно заметила, что, раз король платит своим людям в два раза меньше, чем положено, то пусть все так и остается. А вторую половину мы будем отдавать сами, как бы подтверждая этим свою преданность Его Величеству, и она процитировала мне старинную поговорку:

Таким образом, проблема была решена. И спорить с матерью было бесполезно, тем более, что она сама уже гордилась тем, что помогает королю. Тогда я велел Энни снижать цены на треть по сравнению с рыночными, и таким образом, и мать не обидеть, и самим немного выиграть. Она пообещала следовать моим указаниям, но при этом ее глаза как-то странно заблестели, совсем как у Тома Фаггуса. Мне всегда казалось, что денежные дела женщины понимают по-своему, какими бы хорошими наши дамы ни были во всех других отношениях.

Всего ополченцев прибыло сто двадцать человек. Они расположились в амбарах и на скирдах соломы. Кроме того, у Джереми насчитывалось пятнадцать солдат регулярной армии. Можете себе представить, какой переполох все это вызвало в округе. Соседи сбегались смотреть, как тренируются по утрам наши вояки, и как раз от этих зевак было больше всего шума и беспорядка. Офицеры из Девоншира тоже доставляли немало хлопот, и мы с Джереми уже жалели, что красные мундиры не отослали и их куда подальше, как поступили их сомерсетские братья. Этих офицеров было невозможно выставить из дома, тем более, что все они происходили из приличных семей, и поступить с ними грубо мы не имели права. Если учесть, что в доме находились три симпатичные девушки (кстати, Лиззи хорошела день ото дня), то можно понять, в каком настроении пребывала моя матушка, проклиная этих офицеров каждое утро. Я не мог сомкнуть глаз по ночам, когда эти ухажеры начинали свистеть под окнами. Однако, когда я выбегал во двор с твердым намерением дать в глаз очередному кавалеру, то, разумеется, никого там уже не находил.

Поэтому, как только Джереми отдал приказ о наступлении, все наше семейство вздохнуло с облегчением. Переживал только господин Сноу, поскольку Стиклз покупал у него продукты по бешеным ценам.

Итак, в боевом расположении духа мы вышли за ворота. Ополченцы не переставали хвастаться друг перед другом своими подвигами, и дело дошло чуть не до тумаков. Однако, между камнями уже появился щитолистник, поэтому было что прикладывать к ссадинам и кровоподтекам. Провожать нас явился весь церковный хор, распевающий самые воинственные псалмы для поддержания бодрого настроения. Впереди шагал сам пастор Боуден, будто вел нас на войну с католиками, и даже обещал проводить почти до самой долины Дунов, разумеется до той границы, куда может долететь вражеская пуля. Мы шли вперед в сопровождении местных ребятишек, а я удивлялся, где же сейчас пребывает мой дядюшка Бен. Ведь именно он мечтал о пушках, а у нас их сейчас имелось целых три. Видимо, дядюшка зарылся в свою нору основательно, раз уж сам Стиклз не смог его отыскать. Вспомнив о дяде, я представил себе Руфь, и сердце у меня заныло само по себе.