Книга Лорна Дун, страница 263 – Ричард Додридж Блэкмор

— Что ж, видимо, ты хочешь, чтобы я продолжал, — злобно прошипел он. — Ты жаждешь, чтобы я говорил тебе, как страстно любит тебя Руфь, чтобы потешить твое тщеславие. Да, тебя вознесли до небес эти ослы. Я думаю, ни одна девушка теперь не откажется иметь такого знаменитого мужа-борца. Надеюсь, что все же ты не только ростом вышел, но и глубиной души. Но если так, то до такой глубины тебе даже не подняться никогда.

Это было уже слишком. Я многое мог простить этому седовласому старцу (тем более родственнику), если только это не касалось моей любви к Лорне. Поэтому, не произнеся ни слова, я встал, поклонился и вышел из комнаты.

Но женщины, которые являются причиной всех бед, также лучше всех умеют и утихомирить беду (как умеют успокоить капризного ребенка). Когда я вошел в конюшню за лошадью, нагруженной мешками с безделушками, я увидел, что Руфь держит коня под уздцы, и от ее слез начинает ржаветь упряжь.

— Прощай, дорогая, — сказал я, но она отвернулась. — Может быть, тебя подсадить, и мы прокатимся вместе?

— Кузен Рид, как ты можешь еще и шутить! — обиделась Руфь, поворачиваясь ко мне. — Впрочем, наверное, ты прав, как всегда. Но ты даже себе представить не можешь, сколько печали и слез ты оставишь, уехав сейчас.

— Почему, милая Руфь? Ведь я как раз и уезжаю оттого, что не хочу больше надоедать своим присутствием.

— Во-первых, дедушка будет очень переживать и сердиться на себя за то, что сумел все-таки тебя обидеть. А он сейчас настолько ослаб, что постоянно казнит себя за любые промашки. Он начнет раскаиваться, я знаю. Но кроме этого, я сама первая буду ругать его, чтобы он побыстрее понял, что поступил неправильно, а потом начну ругать себя за то, что ругала его. Потом он поймет, что я ругала его из-за тебя, и вдруг из-за этого он начнет тебя ненавидеть, Джон? Его становится очень трудно понять, он стал похож на базарную бабу.

Я понимал, что Руфь говорит искренне, ведь никто, кроме нее, не мог сейчас лучше описать все то, что должно было произойти в ближайшее время. «Да, в этой девушке определенно есть что-то этакое, — подумал я тогда, — что отличает ее от других. Что именно, я пока не могу сказать, но этот дар встречается слишком редко.»

В результате коня снова отправили на конюшню и задали корм, а мой гнев растворился, будто и не было его вовсе. По своему опыту могу сказать, что есть по крайней мере две вещи, которые быстро прогоняют из сердца и гнев, и злобу. Первое — это смотреть, как едят наши любимые создания, как они довольно вылизывают все до последней крошки, как радостно отфыркиваются, как с благодарностью смотрят на нас. Второе — это заниматься садом, особенно весной, когда природа пробуждается. Тогда настроение улучшается само по себе, и перестаешь думать о невзгодах жизни. Если есть третье успокаивающее средство, равное по силе первым двум, так это — покуривать хороший табачок, глядя на луну ночью. А если все это происходит на берегу моря, то результат я гарантирую.

Господин Гекабек не особенно обрадовался моему возвращению, он только проворчал что-то вроде: «Еще бы! Не такой уж ты дурак, чтобы вот так просто уйти.» Я сразу же извинился перед ним за то, что, возможно, обидел дядю против собственной воли, и он ответил, что, слава Богу, я попросил прощения хоть за одно из многочисленных оскорблений. Я ничего не стал отвечать, как и положено, когда имеешь дело с сердитыми и капризными людьми. Дядюшка взбодрился и послал Руфь за бутылкой вина. Она благодарно улыбнулась, оценив мою выдержку и одарила меня таким взглядом, что я понял: она должна принести самое лучшее вино.