Книга Невеста из империи Зла, страница 55 – Эльвира Барякина

Но на этот раз упоминание о Димке только разозлило Анжелику.

— Вчера письмо прислал, — процедила она. — Его уже приняли в комсомол. А он ведь младше меня на три месяца! Дуракам всегда везет!

— А больше он ничего не написал? — напряженно спросила Роза. Димка был одним из многочисленных пунктиков, по поводу которых она страшно завидовала своей подруге.

Анжелика достала из кармана сложенный листочек:

— На, читай!

Роза быстро пробежалась глазами. Письмо было в высшей степени романтичное: в нем встречались такие слова, как «Я тебя всегда вспоминаю», «Целую в щечку» и «Твой Дима».

— Ему просто хочется иметь девушку в Москве, — сказала Анжелика, сморкаясь в носовой платок. — Потом будет на каждом углу хвастать: «А у меня есть девчонка, которая меня любит. Она в Москве живёт! У нее есть магнитофон, телеигра, цветной телевизор и другие вещи! А она, представьте себе, навсегда в меня влюблёна! Вот!»

— А мне Вадик сказал, что, когда я вырасту, мы с ним поженимся, — поспешно сообщила Роза.

Анжелика хотела заявить, что Вадик еще сто раз передумает, но тут дверь открылась и в туалет вошла пионервожатая Лена:

— Ага, вот вы где! Прогуливаем, стало быть?

«Сейчас еще одно замечание запишет!» — в ужасе подумала Анжелика.

Но оказалось, что Лене было глубоко наплевать на школьную дисциплину.

— Капустина, у меня к тебе дело есть, — сказала она серьезно. — Я собираюсь провести в нашем клубе диспут насчет международного положения. К нам придет настоящий американский студент: он говорит по-русски. А ты приведи папу. Он ведь у тебя журналист-международник?

— Да…

— Попроси его стать нашим почетным гостем. Передашь ему мою просьбу или мне в дневник тебе записать?

Анжелика испуганно прижала портфель к груди:

— Не надо в дневник! Я сама ему все передам!

— Ну и замечательно.

— А когда у нас будет заседание? — встряла в разговор Роза.

— В следующий вторник, — отозвалась Лена. — Но если папе Капустиной будет неудобно, то мы перенесем заседание на другое время.

Анжелика тут же позабыла обо всех своих несчастьях. Она очень гордилась отцом и была рада каждому поводу продемонстрировать его окружающим.

— Ой, я так буду просить папу, чтобы он пришел! — воскликнула она, когда Лена вышла из туалета. — Надо будет Димке написать, что к нам в школу ходят иностранцы. Это тебе не Запорожье, а Москва! У нас даже негры на улицах попадаются!

— Главное — не брать у американцев ни конфет, ни жувачек, — сказала Роза. — Говорят, один мальчик съел и отравился.

В иностранном секторе Алекса встречали как первопроходца, которому удалось заглянуть за край света. «Ну как там? Что там? Что ты видел?» — сыпались на него вопросы. Алекс степенно рассказывал о колхозном житии-бытии, о реставрации памятника Ленину, об уборке урожая…

Его филологические записи также произвели должный эффект — особенно изречения Гаврилыча по поводу кайфа от употребления напитка «Цыган в лесу».

— Готовить его совсем просто, — со знанием дела рассказывал Алекс. — Берешь пузырек одеколона «Русский лес» и смешиваешь с одеколоном «Кармен». Потом пьешь и занюхиваешь либо чьей-нибудь головой, либо собственным рукавом.

— Господи! — обмирали Андреа и Триш.

— А с девушками там как? — робко спросил Бобби, когда они с Алексом остались наедине.