Книга Непокорная невеста, страница 94 – Лиза Клейпас

Том кивнул, перебирая в голове потенциальные препятствия. Ничто не должно создать им препятствия и помешать быть вместе.

— Когда ты сказала, что наше решение пожениться должна одобрить семья, надеюсь, ты не имела в виду единогласное решение всех ее представителей?

— Желательно, конечно, но вовсе не обязательно.

— Уже хорошо. Ведь даже если мне удастся уговорить Тренира, спорить с Уэстом все равно что сражаться с ветряными мельницами.

Она кинула на него удивленный взгляд:

— Ты прочитал «Дон Кихота»?

— К сожалению, да.

— Тебе не понравилась книга?

Том саркастически фыркнул:

— История о престарелом сумасшедшем, который бесчинствует на частной территории? Едва ли. Хотя я согласен с точкой зрения Сервантеса: рыцарство ничем не отличается от безумия.

— Но он совсем не это имел в виду, – Кассандра окинула его скептическим взглядом. – Похоже, ты совсем ничего не понял в прочитанных романах.

— Большинство из них вообще не имеют смысла, как та история про француза, укравшего хлеб, который нарушает условия досрочного освобождения…

— Ты имеешь в виду «Отверженных»?

— Да. Виктору Гюго потребовалось около полутора тысяч страниц, чтобы донести до читателя свою идею: «Не позволяйте дочерям выходить замуж за французских студентов-юристов радикальных взглядов», – хотя это и без того ни для кого не новость.

Ее брови взлетели вверх:

— Значит, такой урок ты вынес из романа?

— Ну конечно, нет, – поспешил он успокоить Кассандру, увидев выражение ее лица. – Чему же научили меня «Отверженные»… – Том помолчал, подбирая слова. – Ах да! Никогда не прощай своих врагов.

— Не угадал, – Уголки ее губ дернулись в усмешке. – Похоже, работы у меня непочатый край.

— Да, – поддержал Том, воодушевленный ее замечанием. – Мне нужна помощь, чтобы измениться в лучшую сторону. Можешь расценивать это как свой гражданский долг.

— Замолчи, ради бога, – взмолилась Кассандра, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, – пока я не передумала.

— Нет-нет, даже не мечтай! – поспешил сказать Том, хотя и понимал, что воспринимает ее слова слишком серьезно, но одна лишь мысль об отказе пронзала сердце ледяной иглой. – Пожалуйста!

Ее глаза, казалось, смотрели ему прямо в душу, и он не мог отвести от нее взгляда.

— Я не смогу без тебя… – признался Том, и от смущения у него даже лицо начало покалывать, словно в него попали искры.

Он не мог поверить, что произнес эти слова: такими жалкими и безвольными они оказались, недостойными мужчины. Но странное дело – Кассандра, похоже, не стала думать о нем хуже. По правде говоря, теперь она смотрела на него с большей уверенностью, слегка кивая, будто его унизительное признание лишь укрепило их договор.

Уже не в первый раз Том признался себе, что не в силах постичь женскую логику: все вроде логично, но обычному анализу причинно-следственных связей не поддается. Женщины придают особое значение таким деталям, на которые мужчина и внимания бы не обратил, и делают на их основе поразительные выводы. Том подозревал, что Кассандра за несколько встреч уже успела узнать о нем больше, чем его друзья за последние лет десять. Сильнее всего тревожило опасение, что она способна разглядеть в нем то, о чем сам он даже не подозревал.

— Позволь сначала мне поговорить с семьей, – сказала Кассандра, поправляя его воротник и галстук, приглаживая лацканы пиджака. – А завтра или, возможно, послезавтра ты сможешь сам им обо всем сказать.