Книга Таинственный незнакомец, страница 151 – Лиза Клейпас

Они пересекли круглую приемную и остановились перед дверью в личные апартаменты. Пропустив их внутрь, дворецкий удалился.

Стены кабинета были покрыты богатыми темными обоями и украшены позолотой и резьбой. На полу лежал толстый, бордового цвета ковер. По стенам висели головы диких животных: льва, гепарда, белого волка и других хищников. Пламя в камине то вспыхивало, то угасало, пожирая потрескивающие дубовые поленья. Перед очагом, с пачкой документов в руках, сидел Дженкин.

Сердце Этана тревожно застучало.

— Гэмбл, – сказал Дженкин, не поднимая головы от бумаг, – подведи гостью ближе и давай сюда свой отчет.

Этан отпустил Гаррет и, вытаскивая платок из-за воротника, отрывисто произнес:

— Все пошло не так, как было запланировано.

Дженкин вскинул голову и уставился на Рэнсома немигающим взглядом, черные зрачки расширились, скрыв радужку.

Пока они неотрывно смотрели друг на друга, в Этане проснулось что-то порочное и отвратительное. На несколько ужасных секунд он почувствовал, что разрывается между желанием убить и желанием разрыдаться. Ему показалось, что место ранения запульсировало, и он едва удержался, чтобы не прикрыть его рукой в защитном жесте.

Дженкин заговорил первым:

— Гэмбл был уверен, что из вас двоих уцелеет именно он.

— Я не стал его убивать, – равнодушно заметил Рэнсом.

Казалось, эти слова поразили Дженкина даже сильнее, чем вид живого Этана. Не поднимаясь из кресла, он снял с подставки на соседнем столике сигару и попытался ее разжечь. Руки у него заметно дрожали, но голос звучал спокойно:

— А я был бы не против. От Гэмбла нет никакой пользы, если он не сумел устранить тебя с двух попыток.

Этан понял, что они оба не вполне контролируют себя. В отличие от них Гаррет демонстрировала полное самообладание и чувствовала себя почти спокойной, когда медленно обходила комнату, разглядывая картины и экспонаты на полках. Из-за того, что она всего лишь женщина, Дженкин почти не обращал на нее внимания.

— Какова природа твоих отношений с Рейвенелами? – вдруг спросил он. – Почему они решили приютить тебя?

Значит, он не знал. Этан невольно удивился тому, что кое-какие секреты недоступны даже Дженкину, и отрезал:

— Это не важно.

— Никогда не отвечай мне в подобном роде, – отрывисто заявил Дженкин, возвращаясь к своему начальственному тону. – Если я спрашиваю, значит, это важно.

— Прошу прощения, – тихо произнес Этан. – Я имел в виду, что это не ваше дело.

На лице Дженкина появилось удивление.

— Пока я выздоравливал, – продолжил Рэнсом, – у меня появилась возможность дочитать «Гамлета». Вы хотели знать, какие мысли возникнут у меня после знакомства с данной пьесой. Так вот, я здесь ради этого. – Заметив промелькнувший интерес в глазах старика, он замолчал и с изумлением понял, что по какой-то странной причине небезразличен Дженкину, хотя тот и не оставлял попыток убить его. – Вы говорили, что в разрушающемся мире Гамлет осознал: нет ничего хорошего или плохого, правильного или неправильного… Все зависит лишь от личного мнения. Факты и правила – бессмысленны. Истина не важна. – Этан заколебался. – В этом и есть свобода, ведь так? Она позволяет вам поступать как заблагорассудится и говорить все, что угодно, лишь бы достичь своих целей.

— Да. – Дженкин не отрываясь смотрел на Этана, и в его глазах цвета меди плясали огоньки пламени. – Я надеялся, что ты это поймешь.