Книга Наследница в алых шелках, страница 52 – Мэдлин Хантер

Но теперь бесстрастное лицо Дугласа даже немного оживилось.

— Она хороша собой.

— Это правда.

— Поразительно хороша, можно сказать.

Кевин не сдержал улыбки, услышав столь неоспоримое свидетельство того, что Дуглас еще не мертвец.

— Так что я тут подумал.

Кевин ждал. Кто бы мог предположить, что Дуглас вообще о чем-то думает?

— Полагаю, ты на ней женишься. Будем ждать новых семейных сцен, а?

— Прошу прощения?

— Вполне понятное решение, ведь это единственный способ увериться, что она не продаст свою долю, – продолжал тот. – А что касается, ну, сам знаешь чего… Тебе могло бы повезти и меньше. Гораздо меньше.

Прошло десять секунд, пока Кевин осознавал, что кто-то мог предложить подобное, не говоря уж о Дугласе.

— Это идея твоей жены?

— Господи, да нет же. Она бы в ужас от нее пришла. В ее глазах мисс Джеймисон не больше чем крестьянка. – Чуть заметная улыбка. – Мне кажется, ее бы удар хватил.

Всех бы хватил. Отца. Теток. Возможно, Николаса. Вполне вероятно – саму мисс Джеймисон.

— Спасибо, что подумал, – сказал Кевин. – Обо мне, я хотел сказать. У меня таких планов нет, но я подумаю над твоим советом.

Как всегда вялый, Дуглас поднялся.

— Если ты к остальным, отодвинь графин с портвейном от Филиппа, – попросил Кевин. – Он на стуле едва сидит.

Долорес покинула не только столовую, но и общество, так что Розамунде не пришлось страдать от ее присутствия в гостиной. Однако, как она вскоре поняла, это не значило, что она убережется от попыток сунуть нос в ее жизнь и характер.

Не успели они рассесться, как леди Агнес подалась вперед и поглядела в ее сторону.

— Вы сами сделали шляпку, в которой прибыли нынче вечером?

— Да.

— Симпатичная. Возможно, чуть ярковата для вашей кожи и волос. Почему вы не выбрали ленты более светлого сиреневого цвета? Который подошел бы к вашему платью?

— Потому что будь они светлее, то не были бы яркими.

Агнес отпрянула, словно мысль о яркости внушала ей ужас.

— Именно поэтому шляпка и выделяется, – сказала Минерва. – Если бы ленты были в тон платью, все было бы банально и пресно. А еще, не хочу озвучивать очевидное, но этот цвет лент выгодно оттеняет ее глаза.

— Понимаю. – Агнес выпрямилась на кушетке, приняв более величественную позу. – Откуда, как вы сказали, вы родом, мисс Джеймисон? Из Оксфордшира?

— Да.

— У меня в этом графстве много друзей. Возможно, я слышала о вашей семье.

— Навряд ли.

— Никогда не знаешь точно.

— Сомневаюсь, что моя семья хоть как-то пресекалась с вашими друзьями. Как я сказала, мой отец был фермером.

Агнес фыркнула.

— Глядите, как человек может ошибаться, мисс Джеймисон. В провинции очень часто члены благородных фамилий общаются с соседями-землевладельцами. Там им представляется масса случаев завести знакомство.

Что ж, пожалуй, лучше было разобраться с этой темой как можно скорее – все равно одна однажды всплывет.

— Он был арендатором, леди Агнес. Не думаю, чтобы он часто сталкивался с дворянами.

Молчание. Взгляды со всех сторон.

Как-то неожиданно вокруг зазвучали другие разговоры. Жена Уолтера Фелисити повернулась к Минерве и принялась расписывать платье, которое видела в театре. Леди Агнес о чем-то заговорила с женой Дугласа Клодин. У Розамунды создалось ощущение, что всем было неловко. Из-за нее или за нее – она не могла бы сказать.