Книга Возвращение герцога, страница 12 – Валери Боумен

— Думаю, Валентина даже не заметит, если я отправлюсь туда прямо сейчас! – вырвалось у нее.

— Вот и отлично! Я выйду отсюда через боковую дверь, которая возле оркестра, а вы идите через парадные двери. Встретимся через несколько минут на верхней площадке лестницы.

Кивнув, Софи проглотила комок в горле, когда собеседница смешалась с толпой. Быстро взглянув на Валентину, она убедилась, что та по-прежнему разговаривает с лордом Хилсдейлом. Сейчас или никогда! Подхватив юбки, Софи поспешила к дверям. О-о, за ней ведь наблюдают… ведь будут гадать, куда она пропала, но вряд ли кому-то из них достанет духу ее выслеживать. Она очень на это надеялась.

Пока Софи прокладывала себе дорогу в толпе гостей, ей на ум опять пришли слова леди Клейтон: «Вы многого не знаете…» Странные слова! Что, ради всего святого, она имела в виду? Даже если Филиппу здорово досталось, так ведь и ей тоже пришлось несладко! Самое ужасное, что она все это время думала, будто ее любимый мертв. И все же интересно – что такого с ним было? Софи тряхнула головой, чтобы привести мысли в порядок. Ей вовсе не хотелось испытывать сейчас к нему сочувствие.

Леди Клейтон, как и обещала, ожидала ее на верхней площадке и, когда туда явилась Софи, прошептала:

— Спасибо, что пришли.

Они сбежали по ступенькам и остановились перед величественными двойными дверями гостиной. Замерев на месте, Софи опять схватилась за живот. Сегодня ей на все-таки не удастся сдержать слез, и всему виной предстоящая встреча с Филиппом. Она должна все время помнить, что зла на него, не то в конце концов стечет лужицей прямо к его ногам.

Леди Клейтон распахнула двери, и Софи увидела в дальнем углу комнаты, у окна, Филиппа. На столе в канделябре горело несколько свечей, и было достаточно света, чтобы она могла его рассмотреть. Высокий, светловолосый и такой красивый, что у Софи подкосились ноги, сердце сжалось в сладкой агонии.

Неожиданно вспомнился вечер накануне его отъезда в армию… Тогда она видела Филиппа в последний раз. Они стояли на балконе городского особняка Мильтонов. В зале тем временем гремела музыка – бал был в разгаре. Ветерок играл светлой прядью, упавшей ему на лоб. В тот вечер он обещал ей вечность… и она ему верила, дурочка. Но теперь все изменилось: она стала старше и умнее, больше верить не будет никому.

Филипп обернулся и прошептал:

— Софи…

Она едва дышала: ей опереться бы обо что-нибудь! Якорь! Ей нужен якорь! Она явно терпела крушение! Лучше бы он тогда смотрел на нее вот так! Она сложила руки на груди и постаралась придать себе гневный вид. Пусть знает, что больше всего ей хочется дать ему по физиономии, и посильнее.

Двери закрылись за ее спиной, и Софи с ужасом поняла, что леди Клейтон оставила их наедине. Ее охватила паника, и она бросилась к дверям:

— Леди Клейтон, вы должны остаться! Надо же соблюдать приличия!

Смешно! С точки зрения Софи, все эти приличия ничего не стоили, иначе она не стала бы призывать к ответу вдруг воскресшего герцога на глазах у всего лондонского света. Но панический страх не самый лучший попутчик: он-то и вынуждал ее говорить глупости, чтобы добиться желаемого. А сейчас ей было жизненно необходимо, чтобы при их разговоре присутствовал кто-то третий: это значительно уменьшило бы шансы на то, что она либо даст ему пощечину, либо поцелует его, либо падет к его ногам.