Книга Уроки для графа, страница 100 – Валери Боумен

Дверь в огромное помещение открылась, и Дэвид, подняв голову, увидел Аннабел с неуверенной улыбкой на лице. Ей удалось поговорить с Беллом? Как все прошло?

— Чем занимаешься? — она подошла к нему.

— Читаю «Дебретт».

Дэвид внимательно посмотрел на нее: все еще злится? Вроде выглядит и говорит нормально, хотя полной уверенности у него не было.

— Ты это серьезно? — спросила Аннабел с улыбкой.

Уже хорошо! Теперь Дэвид не сомневался, что она не злится. Но почему? Что такое сказал ей Белл, отчего ее настроение так поменялось?

— Надо же знать всех аристократов, их титулы и семейные истории!

— Нет, вовсе не нужно, — рассмеялась Аннабел.

Он удивился:

— А что изменилось?

Она опустилась на кушетку рядом с ним:

— Хочешь, открою тебе страшную тайну?

— Прямо страшную? Конечно!

— Я сама не знаю ни имен, но титулов, ни семейных историй.

Дэвид не стал скрывать своего скепсиса:

— Не может быть.

Она опять засмеялась:

— Но это правда! Я изучала это в школе, но ничего не отложилось в памяти.

Он вскинул брови:

— Ты шутишь?

— Вовсе нет. Просто я поняла, что титул не главное. Куда важнее душевные качества человека и поступки, отношение к близким, окружающим.

Дэвид в недоумении спросил:

— С тобой все в порядке? Голова не болит?

— Я в полном здравии.

— Значит, многие из тех, кто общается со мной, знать не знают, что я граф? — засмеялся Дэвид.

— Ну конечно. Мы ведь так познакомились.

Он кивнул:

— Да, правда, а я и забыл.

Аннабел придвинулась к нему и таинственно прошептала:

— Можно я еще кое-что тебе скажу?

Он нагнулся к ней, и теперь их лица оказались в каких-то нескольких дюймах друг от друга.

— Знаешь, я не молилась с детства, но пока бежала сюда из оранжереи, всю дорогу взывала к Господу.

Дэвид ничего не понимал: Аннабел была какой-то странной, совсем не такой, как всего несколько часов назад, когда они виделись.

— И о чем ты молилась? — рискнул он спросить.

— Чтобы не опоздать, — в ее глазах сверкнули слезы.

— Не опоздать куда?

— Извиниться.

Он затаил дыхание.

— Дэвид, прости меня, — Аннабел произнесла это тихо, с раскаянием на лице.

— Простить? За что? — удивился он, внимательно разглядывая ее.

— За то, что так долго тебе лгала… Я согласна выйти за тебя… если твое предложение еще в силе, конечно.

— Ты сама это решила? Я не хочу, чтобы это было по принуждению.

— Нет, я пришла сюда сама, по собственной воле, и поняла бы, что люблю тебя, гораздо раньше, если бы…

— Что-что? — Дэвид почувствовал, как кровь отлила от лица.

Она прикусила губу и твердо посмотрела ему в глаза:

— Я люблю тебя. Вот я и сказала это. А полюбила тебя я еще тогда, на веранде у Харрисонов.

Дэвид хмыкнул, а она продолжила:

— Я никогда не встречала таких, как ты: тебе было наплевать на то, кто я такая. Обычно джентльмены падали к моим ногам, и это было скучно.

— Я не знал, кто ты.

— Вот именно. Наверное, меня поразили твои слова, что я буду последней леди в Лондоне, за которой тебе захочется ухаживать.

Он засмеялся:

— Я такое сказал? Какой же я идиот!

— Нет, все правильно, я это заслужила, — Аннабел откашлялась. — А теперь вот что: ты собираешься сказать, что любишь меня, или придется еще подождать?

Дэвид с такой скоростью вскочил с софы, что чуть не упал, встал перед ней на одно колено и взял ее руки в свои: