Книга Уроки для графа, страница 21 – Валери Боумен

— У леди Аннабел столько поклонников?

Леди Анжелина закатила глаза:

— Вы даже не представляете! Только что толку? Аннабел не проявляет никакого интереса ни к кому из них.

Дэвид проводил взглядом вазу с маргаритками, перекочевавшую на стол у противоположной стены.

— В самом деле?

— Да, она получила около двух дюжин предложений за пять последних сезонов и отвергла их все, не задумавшись даже на минуту, — с огромным разочарованием произнесла леди Анжелина. — О, простите. Должна предупредить, что на подобные темы нельзя говорить с теми, кто далек от семьи. Считается, что это дурной тон — обсуждать чьи-либо брачные перспективы. Но ведь вы почти родственник, а леди Аннабел — самая разборчивая девица из всех, кого я знаю. Мы с Бо почти поставили на ней крест, похоже, она так и не найдет себе мужа.

Дэвид решил, что лучше промолчать, хотя предположил, что это именно Белл отвергал претендентов на руку сестры, а не Аннабел. Разумеется, маркиз учитывал желания сестры, и это правильно. Дэвиду хотелось бы точно так же поступать в отношении Марианны, если бы она получила другие предложения до объявления помолвки с Беллингемом.

Но две дюжины предложений? Дэвид тут же вспомнил мужчин в клубе. Лорд Мердок тогда сказал, что леди Аннабел все свои пять сезонов выбирает себе мужа. Судя по всему, слухи не преувеличены. Возможно, именно поэтому леди Аннабел была так агрессивна при их первой встрече. Если ее так добивались, постоянно преследовали, о чем свидетельствовали эти цветы, нет ничего удивительного, что она устала от такого внимания. Но почему бы просто не подцепить какого-нибудь молодца побогаче и не выйти за него? Все это крайне любопытно.

— Извините, я отвлеклась, лорд Элмвуд, — вторглась в его размышления леди Анжелина. — Я отправила Стоктона принести еще воды. Сейчас провожу вас в салон, Аннабел уже там. Мы с нетерпением ждем начала занятий.

А в этом Дэвид сомневался: совершенно ясно, что леди просто делают одолжение Беллу, но как бы то ни было, он примет их помощь.

— Благодарю вас, миледи, — произнес он, шагая вслед за леди Анжелиной в сторону салона.

Наконец они подошли к двойным дверям, и пожилая дама распахнула их. Леди Аннабел стояла у окна, и в лучах солнечного света ее волосы напоминали белое золото. В темно-розовом платье, с бутоном белой розы в волосах вид у нее был потрясающий. Дэвид, глядя на нее, задумался, получится ли у него войти в этот чуждый ему мир красивых и богатых. По идее, это у него в крови, но в данный момент он не ощущал голоса крови. Ему предпочтительнее было бы сейчас оказаться в военном лагере ярдах в ста от поля боя, грязным и усталым настолько, что заснуть невозможно. Вот в этом для него имелся смысл, с этим он мог бы управиться, а то, что происходило сейчас, действовало ему на нервы.

Леди Аннабел обернулась на звук открываемой двери, а потом быстро прошла по толстому ковру им навстречу.

— Доброе утро, милорд. Надеюсь, вы спали прекрасно и готовы к уроку.

— Да, верно, — кивнул Дэвид и кашлянул. — А вы?

И тут же спохватился: не будет ли это воспринято как неучтивость — спросить девушку, как ей спалось?

— Вполне, — ответила леди Аннабел с улыбкой, хотя по ее виду — немного усталому — такого не скажешь, если, конечно, это не шутка.