Книга Три лилии Бурбонов, страница 154 – Ева Арк

Однако, несмотря на союз с Францией, честолюбие королевской мадам заставило её сначала искать жену Карлу Эммануила II в противоположном лагере.

-Первый взгляд был обращён на Мадрид, - пишетАвгусто Баццони в книге «Регентство Марии Кристины, герцогини Савойской».

В 1646 году умерла королева Изабелла Бурбон, сестра Кристины, оставив только двух детей. Когда вслед за матерью вскоре скончался инфант Бальтазар Карлос, его сестра Мария Терезия считалась единственной наследницей престола до тех пор, пока вторая жена Филиппа IV не родила сына. Поэтому заполучить в жёны инфанту было мечтой каждого европейского принца. Но королевская мадам надеялась, что у Карла Эммануила есть немалое преимущество:

-Мой сын приходится кузеном инфанте, не говоря уже о том, что мой тесть был женат на её родной тётке. А Габсбурги предпочитают заключать браки между «своими».

Тем не менее, Филипп IV считал по-другому:

-Какой-то итальянский герцог не слишком подходящий жених для нашей единственной дочери.

Тогад королевская мадам подумала о Луизе Кристине Савойской-Кариньянской, единственной дочери Томаса. Но, во-первых, та была старше Карла Эммануила на семь лет, а, во-вторых, на неё положил глаз наследный принц Баденский, гостивший в Париже. Поэтому королевская мадам выступила здесь в роли свахи, а сына решила обручить с Марией Жанной Савойско-Немурской, которая принадлежала к Немурской ветви Савойского дома, обосновавшейся в ХVI веке во Франции. Семья потенциальной невесты была очень богата и владела многочисленными земельными владениями.

Теперь можно было подумать о младших дочерях, Маргарите Виоланте и Генриетте Аделаиде. Кристина мечтала выдать замуж одну из них за молодого французского короля Людовика ХIV и Мазарини вначале поддержал её матримониальные планы.

14 марта 1647 года Франция и Бавария заключили Ульмское перемирие, положившее конец длительному противостоянию. Желая укрепить союз между Мюнхеном и Парижем, Мазарини разработал проект династических браков, которые должны были связать родственными узами сразу Францию, Савойю и Баварию. Если бы Людовик XIV взял в жёны одну из савойских принцесс, другая досталась бы Фердинанду Марии, старшему сыну курфюрста Баварского. Кардинал представил свой план двум баварским посланникам, которые прибыли к французскому двору в середине июня 1647 года.

-Вдовстующая герцогиня Савойская считает, что на роль курфюрстины лучше подойдёт её дочь Маргарита Виоланта, - сообщил им Мазарини.

На первый взгляд, всё было логично: Фердинанду Марии, который родился на два года раньше Людовика ХIV, предлагалась старшая из двух принцесс.

Но после разведывательной миссии баварского посланника в Савойе выяснилось, что так тщательно скрывала Кристина: её дочь Маргарита Виоланта была горбата.

-Мой сын женится только на младшей сестре герцога Савойского! – твёрдо заявил курфюрст.

-Генриетта Аделаида очень тонкого и слабого телосложения, - возражала королевская мадам, - из-за чего в нашей семье получила прозвище «Ла Тенерина» («Неженка»).

-Зато у неё нет горба!

Таким образом, Турин и Париж были вынуждены подчиниться воле Виттельсбаха. Несмотря на всю эту суету вокруг савойских принцесс, Мазарини выразил радость по поводу продвижения своего брачного проекта в письме к Кристине летом 1649 года: