Книга Жемчужина среди принцесс, страница 53 – Ева Арк

В 1518 году адмирал уже оказал своему покровителю реальную услугу, отправившись послом в Англию и поспособствовав возвращению Франции города Tурне, захваченного англичанами в предыдущее царствование. Дело было тем более сложным, что кардинал Вулси, вице-канцлер Генриха VIII, присвоил себе руководство этим богатым епископством. Однако лесть и великолепные подарки Бонниве помогли убедить алчного прелата. Справедливости ради нужно добавить, что Этьен Понше, епископ Парижский, Франсуа де Рошешуар, сеньор де Шамденье, и Никола де Нёвилль, сеньор де Вильруа, помогавшие адмиралу в этом посольстве, разделили с ним успех переговоров.

Было бы также неправильным думать, что, только стремясь к благу Франции, молодой Франциск мечтал обладать короной императора Священной Римской империи. Честолюбие и тут не давало ему покоя. То ли его вдохновляла слава императора Карла Великого, под чьей властью когда-то была создана огромная империя, в которую входили территории современных Франции, Германии, Нидерландов, Бельгии и Италии, то ли он желал установить гегемонию Франции на континенте.

— А также покорить своим величием прекрасную госпожу де Шатобриан, — указывает Ги Бретон.

Вокруг избрания нового императора шёл самый настоящий торг. Курфюрсты, совершенно не стесняясь, откровенно набивали себе цену.

Успех переговоров в Англии заставил короля поверить в то, что Бонниве обладает большим дипломатическим талантом. Сопровождали его Дорваль, опытный переговорщик, и Флёранж, который, будучи сыном герцога Робера де Ла Марка, владетеля Седана, чьи земли граничили с Империей, был хорошо осведомлён о германских делах. В мае 1519 года переговорщики прибыли в Трир с четырьмя сотнями германских кавалеристов.

— Постоянно называвшиеся послами, они везли с собой 400 000 экю, которые лучники несли под своими бригандинами (доспехами) и в бужеттах (жезлах), — писал в своих мемуарах Флёранж.

Открыто и бесстыдно французы пытались купить голоса курфюрстов. Агенты Карла Габсбурга делали то же самое, но с большей скрытностью. Избиратели брали деньги обеими руками, оставляя за собой полную свободу выбора, и, за исключением архиепископа Трирского, большинство было против Франциска I. Бонниве зазывал немецких князей и графов к себе на пиры, откуда гости почти всегда разъезжались пьяными. Но большинство историков придерживается следующей позиции:

— Если бы Бонниве сохранял внешние приличия, подобающие представителю самого могущественного правителя Европы, распределял бы деньги с благоразумием и экономией, а не расшвыривал бы их с показным блеском, то у Франциска были бы все шансы выиграть выборы.

Папская курия заняла неопределённую позицию. Избрание императором Карла грозило превращением римского престола в рупор мировой политики Габсбургов и ослаблением его роли в европейских делах. Но и избрание французского короля, навязавшего Льву X Болонский конкордат, ставивший католическую церковь во Франции под контроль королевской власти, не сулило Риму ничего хорошего. Поэтому папа не вмешивался в ход предвыборной кампании и ограничивался лишь закулисными переговорами с представителями соперничающих сторон.

В итоге безумные расходы Бонниве, его горячность и высокомерие настроили большинство курфюрстов против французов и, несмотря на все усилия архиепископа Трирского, императором был избран Карл Габсбург. Общее мнение выразил курфюрст Фридрих Саксонский, которого Эразм назвал «Мудрым»: