Книга Лучшая принцесса своего времени, страница 71 – Ева Арк

Испытывая этих борзых во время охоты в Аранхуэсе, сестра короля, опытная наездница, была сброшена с лошади. Ошеломлённая падением, инфанта несколько минут пролежала на земле. Но затем встала и настояла на том, чтобы снова сесть на лошадь и продолжить охоту, предварительно строго приказав своим дамам и кавалерам ничего не говорить об этом несчастном случае королю и королеве. Слух об этом происшествии, тем не менее, дошёл до ушей Филиппа и сильно оскорбил его представления о приличиях. Король послал за Фредериком Португальским, конюшим Елизаветы, участвовавшим в охоте его сестры, и расспросил его об обстоятельствах этого несчастного случая. Затем он вызвал Хуану и потребовал назвать имена кавалеров, которые спешились, чтобы оказать ей помощь. Ибо, согласно испанским обычаям, их полагалось казнить за прикосновение к телу царственной особы. Зная об этом, инфанта осторожно ответила:

— Дамы одни подошли, чтобы помочь мне, хотя прошло нескольких минут, прежде чем я смогла подняться.

Несмотря на то, что её ответ удовлетворил короля, на следующий день он издал приказ, запрещающий придворным дамам участвовать в охоте, кроме как сопровождать охотников в своих каретах. Двор оставался в Аранхуэсе до Великого поста 1563 года.

Там Елизавета узнала о смертельном ранении короля Наварры 25 октября 1562 года при осаде Руана. Его же брат, принц Конде, брал город за городом, когда после поражения при Дрё попал в плен. Тогда герцог де Гиз принял на себя командование королевскими войсками и повёл их на Орлеан. Осада началась 6 февраля, а 10-го числа того же месяца герцог де Гиз был смертельно ранен из засады гугенотом Жаном Мери Полтро, и скончался после нескольких дней затяжной агонии, умоляя королеву-мать до последнего вздоха заключить мир с Бурбонами и их сторонниками.

Когда Елизавета с мужем вернулась в Мадрид, там её приветствовал маркиз Жан де Сен-Сюльпис, новый французский посол, который принёс известие о мире, подписанном Екатериной Медичи с гугенотами 18 марта 1563 года. Таким образом, флорентийка могла теперь вздохнуть свободно: лидеры враждующих сторон умерли, а их наследники были ещё слишком малы. Конде, освободившись из плена, попал под влияние чар Изабеллы де Лимей, фрейлины Екатерины, и теперь не казался ей грозным противником. А кардиналу Лотарингии по церковным делам пришлось уехать в Рим. Таким образом, Филипп II лишился во Франции всех своих союзников. Несмотря на это, он воспринял сообщение Сен-Сюльписа с большим спокойствием, после чего маркиз направился в апартаменты королевы, чтобы поздравить её с восстановлением мира. Елизавета выразила большую радость по поводу известия, «показывая, мадам, словом и жестом, насколько она одобряет доброе и святое дело, которое Вы совершили». В той же депеше к регентше Сен-Сюльпис заметил:

— Здоровье королевы, Вашей дочери, продолжает улучшаться; и по мере того как её положение в политическом смысле становится всё более важным, она отказалась от всякого легкомыслия и приняла достойный вид, подобающий величию испанской королевы.

— Ваша дочь, мадам, – подвёл итог маркиз, – изо дня в день преуспевает в умственных и телесных достоинствах, так что вскоре она станет самой совершенной принцессой, отличающейся добродетелями.