Онлайн книга «Принцесса-гувернантка»
|
20 августа 1515 года Маргарита представила своему племяннику перед собравшимся советом меморандум, в котором отчиталась во всех средствах, израсходованных во время своего регентства. Этот доклад начинался так: — Монсеньор, насколько я понимаю, различными способами Вам пытаются внушить подозрения в отношении меня, Вашей смиренной тёти, чтобы лишить меня Вашей доброй воли и доверия, что действительно было бы плохой компенсацией за услуги, которые я оказывала Вам до сих пор… Далее она горько жалуется на то, что её отодвинули в сторону, и протестует против клеветы, выдвинутой против неё. Чтобы оправдать своё поведение, она вспоминает о своих заслугах во время несовершеннолетия Карла и твёрдо утверждает, что всегда действовала честно и преданно без какой-либо выгоды для себя, служа племяннику из любви, без всякой мысли о выгоде. Если в подробном отчёте, представленном Совету, будет обнаружена какая-либо ошибка, она просит указать ей на неё в присутствии принца, чтобы она могла ответить сама: — Я предпочитаю, чтобы они говорили при мне, а не за моей спиной. Затем тётка Карла рассказала обо всех основных действиях своего правления, начиная с того времени, когда император впервые доверил регентство её заботам, и вспомнила свою долгую борьбу с герцогом Гельдернским, которому помогал король Франции, нарушив все договоры и «не боясь ни Бога, ни людей»; и раскрыла ту роль, которую она сыграла в союзе с Англией, а также в Камбрейском договоре, успешно заключённом только после её долгих страданий и хлопот. Она с негодованием отрицала, что была причиной возобновления войны с Гельдерном, ибо всегда стремилась к миру. — И какова же была награда за всё это служение и самопожертвование? – риторически восклицает Маргарита. С момента своего назначения регентшей она отдавала всё своё время и средства на службу своему племяннику, потратив более трёх тысяч флоринов из своего собственного дохода. Хотя от неё скрыли дату объявления Карла совершеннолетним, если бы у неё спросили совета, она бы не стала возражать, но её мнения больше не спрашивали, и с помощью клеветнических обвинений пытались навредить ей в отношениях с племянником. Вдобавок, выплата её пенсии была намеренно отложена, хотя каждый дворянин мог рассчитывать на получение причитающегося ему пособия. — Если больше, – добавляет она, обращаясь к своему племяннику, – то я твоя единственная тётя, и у меня нет другого сына или наследника, кроме тебя, и я не знаю никого, кому твоя честь была бы дороже, чем мне. Вы можете быть уверены, монсеньор, что, когда Вам будет угодно воспользоваться моими услугами и относиться ко мне с разумным уважением, я буду служить Вам хорошо и преданно, не щадя ни себя, ни своего имущества, как я делала до сих пор. Но если Вам угодно прислушаться к тому, что они говорят Вам против меня, и позволить, чтобы со мной обращались так, как сейчас, я бы предпочла удалиться и заняться своими собственными незначительными делами, о чём я уже просила императора через моего секретаря Марникса… После того, как юный принц выслушал это красноречивое оправдание, он заявил, и канцлер согласился с ним, «что мадам не будет полностью отстранена от всех дел, со многими другими прекрасными словами и обещаниями». На обороте документа, предоставленного Маргаритой, было 150 имен советников, присутствовавших при этом, а в конце – полный отчёт о деньгах, полученных в разное время от провинций, и приложение со списком её собственных сокровищ, которые она истратила во время своего регентства. Мир между Маргаритой и её племянником был вновь восстановлен, и она сопровождала Карла на различных торжествах, посвященных его совершеннолетию. |