Книга Весна братьев Медичи, страница 17 – Ева Арк

— Я не могу забыть нашу охоту в Кареджи, мессир Лоренцо.

— Я тоже, Ваше Высочество.

— Как там Ваша сестра?

— Лукреция здорова, – кратко ответил Лоренцо, предпочитавший называть Наннину вне домашнего круга именем, данным ей от рождения.

Но потом, не удержавшись, добавил с горечью:

— Скоро её свадьба.

— Надеюсь, она будет счастлива в семейной жизни, как я.

Заметив недоверие в глазах молодого человека, герцогиня улыбнулась:

— Меня так хорошо приняли здесь! Король, мой свёкор, во мне души не чает: ему нравится смотреть, как я танцую и пою. Альфонсо тоже, кажется, меня полюбил, хотя он на три года младше меня.

— Вы ведь видели его? – спросила затем Ипполита.

— Да, принц очень красив: глаз нельзя отвести. Под стать Вашему Высочеству.

— Мы с ним часто проводим время вместе: охотимся с соколами, играем в мяч и читаем книгу об управлении государством. Жаль только, что во время учёных бесед ему становится скучно и стихи он тоже не любит…

Бросив сочувственный взгляд на свою собеседницу, Лоренцо предложил:

— Если позволите, Ваше Высочество, я прочту Вам сонет, который недавно сочинил. Правда, он написан на моём родном языке, потому что я считаю, что на тосканском можно описывать предметы и выражать чувства не хуже, чем на латыни.

— С удовольствием послушаю Вас! Я ведь и сама иногда берусь за перо. Хотя стихи сочиняю редко, в последний раз – на смерть отца.

Молодой человек начал с чувством декламировать:

Прекрасная юность, увы, быстротечна.

Не трать на унынье короткие дни…

Внезапно выражение лица Ипполиты Марии изменилось и Лоренцо, обернувшись, увидел её мужа Альфонсо, который ревниво произнёс:

— Вот уж не думал, дорогая, что застану у Вас гостя!

— Я хотела показать мессиру Лоренцо мою коллекцию манускриптов.

На смазливом лице юнца возникло хищное выражение:

— В таком случае, может, он захочет взглянуть и на коллекцию моего отца?

Наследника Медичи прошиб пот: он догадался, что речь идёт о комнате мумий:

— Благодарю Вас, Ваше Высочество, но я уже увидел в Неаполе всё, что хотел, и теперь хочу отдохнуть. Тем более, что я завтра уезжаю.

Выйдя из кабинета Ипполиты Марии, Лоренцо почувствовал, что и вправду смертельно устал, как будто ему не семнадцать лет, а все сто. Ему вдруг захотелось в сию же минуту вернуться во Флоренцию к своим родителям, друзьям и к своим любимым женщинам.

8 июня 1466 года Наннину, получившую в приданое 2500 флоринов, привезли в дом её мужа. Чтобы рассадить за свадебным столом всех 500 приглашённых гостей, Ручеллаи возвели напротив дворца лоджию, украшенную гербами обоих домов. Сам палаццо Ручеллаи, построенный по проекту знаменитого архитектора Альберти, напоминал дворец Медичи своими тремя этажами, как бы «выраставшими» друг из друга, и крышей с козырьком. Однако, благодаря продольным пилястрам, здание, где предстояло жить сестре Лоренцо, выглядело гораздо изящнее, не говоря уже о знаменитых садах Ручеллаи, украшенных античной скульптурой. Треугольный помост, на котором сидели гости, занял лоджию, площадь и улицу перед дворцом. Здесь были только мужчины, так как, согласно флорентийскому обычаю, дамы пировали отдельно.

Свадьба была роскошной. Но Лоренцо сомневался: будет ли замужество Наннины счастливым? Бьянке точно не повезло. Молодые не испытывали большой привязанности друг к другу, хотя были знакомы с детства. Гульельмо не интересовался музыкой и отличался мелочностью и скупостью, несмотря на то, что владел на паях двумя банками: в Женеве и Лионе. Кроме того, он считал, что жена нужна только для того, чтобы рожать детей, и в последнее время Бьянка уже больше не выступала с концертами. Вздыхая, Пьеро говорил: