Онлайн книга «Весна братьев Медичи»
|
Он был начитан и образован так же, как Лоренцо, хотя, может быть, меньше него увлекался литературой и философией. Не обладая теми качествами, которые прославили его старшего брата, Джулиано был достаточно умён, чтобы, используя другие свои преимущества, завоёвывать расположение общества. Именно он стал героем турнира по случаю свадьбы Лоренцо, в соревнованиях между флорентийцами и венецианцами. Братья были очень привязаны друг к другу. Временами Лоренцо бывал безумно упрям, придавал чрезмерное значение внешним проявлениям приличия, проявлял холодный расчёт, когда дело касалось политики, и даже становился диктатором, если речь шла о том, как Джулиано должен себя вести и с кем водить дружбу. В то же время он мог быть необыкновенно щедрым, снисходительным и чутким к желаниям младшего брата. Он делился с ним размышлениями и соображениям по поводу любого политического события. Взаимная любовь и преданность братьев напоминала отношения Козимо Старого и его рано умершего брата Лоренцо. Наряду с женщинами и поэзией в досугах молодого правителя Флоренции была и третья, не уступающая им, страсть – охота. В развлечениях бригады охота играла важную роль. Лоренцо предпочитал соколиную охоту как поистине королевскую забаву. Его соколиному двору могли бы позавидовать многие монархи. Причём тренировкой ловчих птиц и уходом за ними занимался сам Лоренцо, когда не был занят другими делами, а сокольничие и псари были у него в большой чести. С ещё большей страстью охоте отдавался его младший брат. Если верить Анджело Полициано, до шестнадцати лет Джулиано не интересовался любовными забавами: В ту чудную, безоблачную пору, Когда еще не тронул пух лица, Наш Джулиано не внимал Амору, Что сладким игом бременит сердца. Беспечный, предавался он задору И погонял лихого жеребца. Из сицилийских стад был конь отборный, Он спорил с ветром, быстрый и покорный. . . . . . . . О, сколько нимф по юноше вздыхало! Но все их пени, горести и плачи В груди надменной не могли нимало Лёд растопить, воспламенить – тем паче. В лесах он так охотился, бывало, С суровым, гордым видом – не иначе, А чтобы не был зной ему докука, Носил венок он из сосны и бука. . . . . . . . Так юноша заносчивый сверх меры Святых влюблённых порицал везде. Самодовольный, не давал он веры Чужому плачу и чужой беде. Но вот слуга Амура и Венеры, Что пламенел, покорный их узде, Воззвал к Амуру: «Гнев свой справедливый Яви, о, бог, да сломится строптивый!» Однако писатель Пол Стратерн утверждает: — Джулиано любил считать себя безжалостным покорителем женских сердец, хотя в действительности сам влюблялся с завидным постоянством и не всегда удачно, что повергало его в глубокую хандру. Вскоре после свадьбы Лоренцо флорентийский банкир Марко Веспуччи привёз из Генуи свою жену Симонетту Каттанео, ровесницу Джулиано, которая едва не стала яблоком раздора между братьями Медичи. Глава 6 Несравненная генуэзка Первые годы правления Лоренцо были знамениты чередой развлечений. На протяжении многих поколений Флоренция славилась на всю Европу своими празднествами. Ни в одном городе не было более зрелищных и многочисленных общественных увеселений. Благодаря уставам различных торговых гильдий в году было не более 275 рабочих дней, так что у людей было достаточно возможностей развлечься. Здесь были карнавалы, скачки и игры с мячом, танцы в Меркато Веккьо, инсценированные сражения на площади Санта-Кроче и водные представления под мостами через Арно. Иногда площадь Синьории превращалась в цирк или охотничье поле: диких животных выпускали на волю, кабанов подстрекали копьями, а львов выводили из их клетки за Палаццо и натравливали на собак. По крайней мере, в одном случае эти выходки вышли из-под контроля: трое мужчин были убиты разъярённым буйволом. Затем кобыла была выпущена на волю среди жеребцов, зрелище, о котором один горожанин высказался так: |