Книга Весна братьев Медичи, страница 84 – Ева Арк

— Питайтесь только простой пищей и много упражняйтесь телесно, иначе Вас может сразить неизлечимый недуг… Вставать утром следует рано, потому что это не только для здоровья полезно, но и позволяет исполнить все дневные дела: молитвы, учение, приём просителей…

С другой стороны, его часто утомляла роль всеобщего наставника. Временами Лоренцо жаловался:

— Ну, хоть бы один горожанин женился, не прося моего благословения!

Однако тут, если верить Гвиччардини, он лукавил:

— Подозрительным характером объясняется и забота Лоренцо о том, чтобы как можно меньше сильных и могущественных людей соединялось узами родства. Стремясь воспрепятствовать опасным для него бракосочетаниям, он порой расстраивал неугодные ему свадьбы, вынуждая юношей из знатных семей брать в жёны тех, кого они сами никогда бы не выбрали; наконец, дошло до того, что ни один брак в семьях, хоть немного возвышающихся над средним уровнем, не происходил без его разрешения и участия.

Ради объективности следует заметить, что таким Лоренцо стал после заговора Пацци.

— Чтобы держать под наблюдением послов Флоренции в Риме, Неаполе и Милане, – продолжает Гвиччардини, – руководствуясь всё той же подозрительностью, он устроил так, что при каждом из них как бы для оказания помощи постоянно находился секретарь, состоящий на жаловании у коммуны, и с этими секретарями Лоренцо имел тайные сношения и был, таким образом, в курсе всего происходящего.

Кроме проверенных представителей старинных флорентийских семей, Великолепный привлекал к управлению городом и одарённых выходцев «из низов»:

— Во главе банка Монте был поставлен ремесленник Антонио ди Бернардо, и ему даны были такие полномочия, что, можно сказать, в его власти оказалось две трети города; также сер Джованни, нотарий отдела приказов коммуны, сын нотария из Пратовеккио, снискал такую благосклонность Лоренцо, что, пройдя через все магистратуры, чуть не стал гонфалоньером справедливости; и мессер Бартоломео Скала, сын мельника из Колле, будучи старшим секретарем Синьории, стал гонфалоньером справедливости, что всеми порядочными людьми было встречено с шумным негодованием.

— Мало того что люди, подобные перечисленным выше, вмешивались в управление городом; в Совет Ста и в комиссии по голосованию и сбору налогов Лоренцо ввёл столько простолюдинов, с которыми сговорился, что они-то и стали хозяевами положения, – с неодобрением заключил автор «Истории Италии».

Городскую бедноту Великолепный привлекал беспрестанными праздниками и бесплатной раздачей пищи. Он взял на себя обязанности своей матери Лукреции, которую во Флоренции называли «приютом всех несчастных». Она скончалась после тяжёлой болезни весной 1482 года. Печаль Лоренцо не поддавалась описанию. Уже по прошествии некоторого времени он признавался в письме Элеоноре Арагонской, герцогине Феррары и одной из самых просвещённых женщин Италии:

— Я испытываю страшное горе, потерял я не просто мать, а единственное убежище от неприятностей и вдохновительницу всех моих начинаний.

Хотя по женщинам обычно долго не скорбели, траур по матери Великолепного длился год среди всей семьи Медичи и не только. Из-за кончины Лукреции была отложена свадьба её племянника Лоренцо Торнабуони с Джованной дельи Альбицци. Она присутствует также на четырёх фресках в фамильной капелле Торнабуони, которые заказал Гирландайо её брат Джованни.