Книга Двойной соблазн. Малышка для мажоров, страница 58 – Ольга Дашкова

— Любовь Генриховну действительно ограбили? Что она говорит?

— Я не знаю, она еще не звонила, а я как-то боюсь ее тревожить. С ней поехал сосед, бывший военный, я думаю, поможет.

Дверь веранды была открыта, на крыльце топталась курица, около нее сидел Бублик. Молодые люди пили чай с привезенным Аркадием тортом, освещаемые лишь тусклой лампочкой старинного абажура над столом. Вроде бы ничто не предвещало беды, но Веронику смущало то, что Аркадий приехал вечером, а значит, его придется оставить в доме на ночь, постелить в гостиной.

— Я совсем забыла спросить, как твой брат? Надеюсь, он уже пошел на поправку?

— С братом, да, все хорошо, он пришел в сознание, жизненно важные органы не задеты, так, пара трещин на ребрах и сотрясение.

Младший брат Денис в семье Савельевых был общей головной болью. Наверное, только Аркадий понимал, что нужно учиться, чтоб чего-то достичь. Поэтому и поступил в медицинский университет, конечно, не без протекции отца, но все-таки учился на пластического хирурга.

По окончании отец обещал ему частную клинику, а перед этим стажировку в лучшем центре Европы, что немаловажно. У Аркадия были далекоидущие планы, и в них даже входила Вероника, а это уже честь. Молодой человек четко видел свое будущее, в отличие от младшего брата, который прожигал жизнь и зарывался.

Со сводными братьями Зориным и Лариным, скорее всего, все вышло именно так: Дэн стал выпендриваться, спорить на деньги, что его тачка самая быстрая, поэтому сейчас и валяется в больнице. Но это все равно не дает им права остаться безнаказанными.

— Ты такая красивая, я говорил?

— Да, ты говорил.

Аркадий сильнее сжал пальцы девушки, придвинулся, он хотел поцеловать ее, так внезапно накатило возбуждение. Но в тот момент, когда Вероника хотела высвободить руку, раздался громкий голос:

— Я не понял, что здесь у вас за чаепитие? Это что за козлина, Ягодка?

Никита решил зайти через дверь, дед уехал в город с Любой и пока еще не вернулся, Макса носит неизвестно где, а он проспал пять часов, как после марафона. И то, что он увидел, когда пришел к Ягодке, привело в ярость.

— Я вопрос задал, кто ты такой и какого хрена здесь делаешь?

Никита сжал кулаки, подошел ближе, уперся ими в стол, разглядывая соперника. Рожа показалась знакомой, но вдаваться в воспоминания Кит не стал, а спросил.

— Никита, успокойся, это Аркадий, мы учимся в одном университете, он мой хороший знакомый. Никита, прекрати! Никита!

Выражение «хороший знакомый» Ларину не понравилось. Даже было неинтересно слушать, что он скажет, этот знакомый, хотя он молчал. Никита резко перегнулся вперед, ухватив «хорошего знакомого», и вполсилы приложил его лицом в тарелку с тортом.

— Я тебя спрашиваю, ты кто такой, блядь? – Никита держал за шею Аркадия, а тот не оказывал никакого сопротивления, лишь крепче сжал челюсти, тяжело дыша через нос, раздувая ноздри.

— Никита, успокойся, отпусти его! Никита! – Вероника с ужасом смотрела на Никиту и не знала, что делать, а он ее не замечал, лишь со злобой смотрел на Аркадия.

— Кит! Что происходит? – Грозный рык Макса остановил неоправданное насилие.

Зорин стоял в дверях, кожаная куртка надета на голое тело, в руках мотоциклетный шлем.

Он сразу заметил незнакомую дорогую тачку возле дома Вероники, напрягся, но поспешных выводов делать не стал, а вот брат сделал. И сейчас он прижимал какого-то бедолагу мордой в стол.