● она не сообщает ему о беременности, потому что уверена, что он любит другую (слепое упрямство плюс недопонимание);
● она не сообщает герою о беременности, потому что в него влюблена ее лучшая подруга и героиня испытывает чувство вины уже за секс с героем, а за беременность – тем более, и убеждает всех, в том числе подругу и героя, что отец ее ребенка – едва знакомый ей гитарист. Тогда герой думает, что героиня готова отдаться первому встречному, и находит утешение в объятиях ее подруги. В этом случае развязка будет довольно непростой – желаю удачи;
● героиня сообщает герою о беременности, но письменно, а он не получает ее письма, поскольку как раз в тот самый день завел новый адрес электронной почты. Это своего рода «апдейт» мотива потерянного письма;
● героиня сообщает герою о беременности, но, поскольку он выглядит несколько удивленным, тут же добавляет, что это шутка, и отправляется в Казахстан обучать детей английскому языку. На самом же деле выражение его лица означало, что он и сам не верит своему счастью, однако со стороны это выглядело несколько иначе, и девушке, склонной к поспешным выводам, было легко обмануться.
Мужское же слепое упрямство раскрывается, как правило, когда у героя «Мелоди» появляется реальный или воображаемый соперник. Он часто застает героиню в недвусмысленных ситуациях с другими – здесь я подразумеваю, например, выходящего из дома героини в три часа ночи и на ходу застегивающего ширинку мужчину. Когда же возлюбленная героя с предельной искренностью рассказывает ему о том, что это был ее босс, который задержался допоздна, потому что они работали над рекламной кампанией бо́ксеров Substance, и что он застегивал ширинку как раз потому, что только что демонстрировал ей новую модель белья, которую надел специально, герой будет слепо не верить в это до последних четырех страниц.
В заключение отметим самое очевидное препятствие, встречающееся в «Мелоди»: у героя или героини уже есть другой партнер. А каков этот партнер или партнерша – рассмотрим в следующей лекции на тему «Соперник/Соперница».
Я выхожу из Читательского клуба в состоянии, близком к трансу: так, у меня все отлично, с препятствиями все обстоит лучше некуда. У Ангуса есть невеста, его преследует проклятье рода Кейллеров, к тому же он вот-вот захочет купить небольшую компанию Изумруд по производству джема, которую героиня, само собой, не желает продавать, потому что на нее нашло слепое упрямство, а стало быть, у моих героев препятствий хоть отбавляй!
Я чувствую, что внутри у меня все поет, но, оказавшись за дверью, ощущаю, что меня точно обдало ледяным душем. На ступеньке магазина напротив сидит моя племяшка Блю со щенком. Тем самым, вчерашним. Щенок все так же сидит в корзинке, он все такой же маленький и милый и все так же в поисках хозяина. Я даже не могу сделать вид, что не замечаю их, – Блю трудно не заметить, она хоть и худенькая, но довольно высокая, и мне, конечно, хотелось бы полностью проигнорировать ее появление, но боюсь, что потом это приведет к нехорошим последствиям в семье. Зря я в свое время так сблизилась с ней и Порпориной. Зря покусывала их крошечные пальчики, когда они еще лежали в коляске. Зря придерживала их под ручки, когда они, полуторагодовалые, прыгали на волнах, уверенные, что, словно мячики или рыбки, легко удержатся на воде. Зря помогала их мамашкам выбирать костюмы на праздники, когда девочки ходили в начальную школу. Зря я всегда была такой внимательной тетей. Теперь они думают, что имеют право опустошать мой холодильник, подсовывать мне собак и знакомить с парнями размером с телефонную будку всякий раз, когда им вздумается. Ну уж нет, детка. Привет-пока, и бегом-бегом на остановку 61-го.
