Книга Великая Библиотека, страница 108 – Анастасия Шелест

— Гениальная мысль дилетантки, – едко цедит господин Блейк. – Вам, должно быть, невдомек, милочка, что не любая написанная чушь становится книгой. Критерии настолько неясны и так разнятся, что загадывать невозможно.

— Кодекс Академии запрещает извлекать предметы для собственной выгоды, – подхватывает госпожа Далтон.

Пусть говорят что хотят. Если у них есть предложения получше, пусть озвучат.

Господин Блейк открывает рот, но спокойный бархатный голос не позволяет ему издать ни звука:

— Вон отсюда. – Госпожа Рид отворачивается от меня и, распрямившись, заявляет: – Вам лучше присоединиться к защите младших учеников. В вашем мнении мы больше не нуждаемся.

Госпожа Далтон и господин Лоусон возмущенно округляют глаза. Водянистые глаза господина Блейка опасно сужаются. Он поднимается на ноги и, набрав в грудь побольше воздуха, шипит:

— Да как вы смеете…

— Я не стану повторять, – спокойно заявляет госпожа Рид. – Хотите проверить, смогу ли я выставить вас силой?

Она всего лишь приподнимает руку, но господин Лоусон отшатывается, а господин Блейк поджимает губы:

— Вы обрекаете Академию на гибель. Это будет на вашей совести.

Госпожа Рид только согласно кивает и наклоняет голову, а трое книгоходцев, не найдя поддержки, шумно продвигаются к выходу. Хлопок закрывшейся двери ставит точку во всех пререканиях.

Вот так просто? Госпожа Рид – настоящий ангел.

Она переплетает тонкие пальцы с бисерными колечками и, повернувшись ко мне, поглядывает поверх огромных пластиковых очков и просит:

— Продолжай, Теодора.

К такому пристальному вниманию я не готова. Идея, пару минут назад казавшаяся спасением, теперь кажется абсурдной, и я облизываю губы, неуверенно пожав плечами:

— Минеда намекала на это. Конечно, нужно точно продумать и прописать артефакт, учесть все нюансы, но так у нас появится хоть какой-то шанс.

Задача начинает казаться невыполнимой, но Лора быстро выпаливает:

— Придумать-то не проблема.

В чем тогда проблема? Ответ озвучивает Эрик, тяжело вздохнув:

— Только вот мы здесь все читатели, а не писатели.

Не вижу непримиримых противоречий, но серьезные, сосредоточенные взгляды заставляют задуматься. Разве одно другому мешает?

Прямо задать вопрос я так и не решаюсь – сколько бы разногласий ни было в этом кабинете, сейчас все присутствующие кажутся поразительно единодушными. Может, никто не готов брать на себя такую ответственность? Конечно, взять и написать книгу не так-то просто, но кто выдвигает критерии? Нам нужна всего лишь одна продуманная магическая вещь.

— Неужели никто никогда не пробовал что-то писать среди всех членов Академии? – неуверенно уточняю я, проигнорировав раздраженный взгляд темноволосой девушки, сидящей рядом с Марком, – доверять такое кому-то из Организации я бы не стала. – Было бы здорово найти кого-нибудь, кто хотя бы немного писал.

Эрик задумчиво смотрит в одну точку. Берт пожимает плечами, постукивая пальцами по подбородку. На Марка я предпочитаю не смотреть, а между белесых бровей Лоры залегает сосредоточенная складочка. Она покусывает длинный неоновый ноготок, сверля взглядом пол, а потом подскакивает со стула, всплеснув руками:

— Точно! Я знаю одного человека. Он рассказывал, что писательство – его хобби. – Не дожидаясь вопросов, Лора дергается вперед и бросает: – Я его найду и приведу. Попробую ввести в курс дела.