Книга Великая Библиотека, страница 11 – Анастасия Шелест

Белесые брови Лоры ползут наверх. Она недоверчиво тянется к книге, хлопая ртом. Берт сверлит взглядом обложку, не мигая.

— Что…

— Это Тея нашла, – обрывает Эрик.

Два тяжелых взгляда прибивают меня к месту. Что я должна сказать? Что тут вообще можно сказать?

Вцепившись в бархатную обивку дивана, я выдавливаю из себя:

— Не могу это объяснить. Я не знаю, как так вышло и что это значит.

Да какая, к пегасам, разница?

— Мы ведь не знаем, что будет, если туда нырнуть, – облизнув губы, осторожно протягивает Лора.

Я тяжело вздыхаю, но спорить не решаюсь, и Берт опережает:

— Ты, конечно, права, но какая у нас альтернатива? Есть предложения? – Мягко улыбнувшись ей, он добавляет: – Вряд ли будет хуже.

Я бы уже не зарекалась. Мир так упорно подсовывает поводы сомневаться, что лучше не загадывать.

Лора смотрит на Берта пару секунд, а потом сжимает его ладонь и быстро кивает. Повернувшись ко мне, она шагает вперед и одним вопросом расшатывает пол под ногами:

— А с этим что будем делать? – Она кивает в сторону камина, и я замечаю Марка.

Руки у него связаны. Он в сознании, но ничего не говорит. Сощурившись, смотрит на книгу, а потом поворачивается ко мне.

— Я бы бросила здесь, – легко заявляет Лора, пожав плечами, – но решать тебе, Тея. Это твое право.

Музы, я такого не просила. Не хочу делать этот выбор.

Марк ничего не говорит. Просто смотрит на меня, и уголок его рта дергается.

Какого черта? Почему он молчит? Если он все делал ради себя, то сейчас самое время уговаривать и убеждать меня.

Взгляд цепляется за его пальцы, и я холодею. Они все еще в запекшейся крови. В моей крови.

— Возьмем с собой, – сипло заявляю я, стараясь не смотреть на Эрика, но все равно замечаю, как он поджимает губы.

Не время для разборок. Не время спорить.

Никто и не спорит, а я поворачиваюсь к Марку и, поймав торжествующую насмешку во взгляде, процеживаю:

— Мы квиты. Я тебе ничего не должна. Когда выберемся отсюда, я тебя найду и прикончу за все, что ты сделал.

Издевка в его ухмылке такая откровенная, что у меня вздрагивают крылья носа. Марк пожимает плечами и легко отзывается:

— Я сам тебя найду, птичка. Мне нравится, когда ты сердишься.

Что ж, это многое объясняет.

Эрик дергает подбородком, порывисто шагая к Марку. Его пальцы сжимаются в кулаки, но я перехватываю его за локоть и, качнув головой, одними губами прошу:

— Пожалуйста…

Медовый взгляд чиркает по моему лицу. Удивительно, но Эрик действительно останавливается и заявляет:

— Я пойду первым. Мало ли что там.

Едва ли это имеет хоть какое-то значение. Что бы там ни было, это лучше перспективы задохнуться или заживо сгореть.

Быстрые движения Эрика привлекают мое внимание. Он вытаскивает что-то из-за пояса и кидает в мою сторону. Я инстинктивно вскидываю руку и сжимаю пальцы на металлическом корпусе, а Эрик предвосхищает мои вопросы:

— На всякий случай. Если надумаешь стрелять – стреляй без сожалений.

Он слишком высокого мнения обо мне. Едва ли я действительно справлюсь, но Эрик ждет, и мне приходится кивнуть.

Только после этого он обводит всех беглым взглядом и опускает книгу на деревянный журнальный столик. Страницы шелестят, и я напряженно наблюдаю, как Эрик наклоняется, вчитываясь.

На мгновение кажется, что ничего не выйдет. Дыхание спирает. Сердце возобновляет ритмичное биение, только когда фигура Эрика начинает терять очертания, а выдохнуть получается, когда он полностью исчезает.